Маршрут на час: Петербургская Коломна

Коломна — место удивительное: хоть и расположена она, казалось бы, в центре, но петербуржцы (если, конечно, они здесь не живут или не работают) бывают здесь крайне редко, да и туристы редко забредают. Разве что проплывают мимо во время прогулки по рекам и каналам, коих в Коломне великое множество: Мойка, Фонтанка, канал Грибоедова, Пряжка, Крюков…

Может быть, благодаря этой немноголюдности здесь иногда совершенно забываешь, что со времен Гоголя и Достоевского прошло без малого двести лет…

Семь мостов

Семь мостов — одна из самых знаменитых «неформальных достопримечательностей» Петербурга, настоящая мекка петербургских художников и фотографов.

С этой точки пересечения каналов Грибоедова и Крюкова действительно можно, встав на Пикалов мост, увидеть еще семь: Красногвардейский, Ново-Никольский, Старо-Никольский, Смежный, Могилевский, Кашин и Торговый. Впрочем, это не предел — те, у кого особенно острое зрение, видят и еще больше мостов (а вообще в Коломне их двадцать; именно поэтому Коломну чаще других районов города называют Северной Венецией).

— Лендок (Наб. Крюкова канала, 12)

Студия документальных фильмов ведет историю еще с дореволюционных времен; за столетнюю историю студии здесь были сняты сотни кинокартин, многие из которых вошли в рейтинг лучших документальных фильмов мира.

Что приятно, в наши дни студия открыта для всех желающих: здесь показывают документальные фильмы, прошедшие мимо широкого проката, организуют творческие встречи с режиссерами, проводят интереснейшие кинофестивали и тематические киноклубы, устраивают симфонические концерты и благотворительные акции.

— Новая Голландия

Рукотворный остров, омываемый Мойкой и Крюковым каналом, появился еще в XVIII веке, но почти на протяжении всей истории был скрыт от посторонних глаз. Внутрь попасть было нельзя, а из-за огибающих остров по периметру складов корабельного леса даже увидеть, что там, внутри, было затруднительно.

Недоступность острова породила множество легенд. Согласно одной из них, именно Новая Голландия породила выражение «не лезь в бутылку»: «бутылкой» называлось круглое здание морской тюрьмы на территории острова, и чтобы туда не попасть, не стоило вести себя вызывающе.

Впрочем, три года назад остров неожиданно не просто «рассекретили», но и создали там самую популярную летнюю городскую площадку. Правда, сейчас Новая Голландия вновь закрыта на реконструкцию, но через два года ее обещают открыть в качестве одного из крупнейших в Петербурге центров современного искусства.

— Коломенские дворики (ул. Садовая, 109, 119, 123, д. 125-127, Канонерская, 31)

Дворики на Садовой — один из примеров удивительно уместного (и, к счастью, одобренного местной властью, иначе его бы давно закрасили) уличного искусства.

На одной из стен изображена голландская набережная с домами и плывущим по каналу парусником. На другой — ветви деревьев, в которых притаился лемур. Любители кошек просто влюбятся в котостену, где изображены котики всех цветов и размеров.

Еще одна стена отдана другим, совершенно неведомым, животным или существам, обменивающимся фразами на английском. А во дворе на Канонерской спрятан целый средневековый замок. Коломенские дворики — дело рук творческой группы «Арт-Мауэр» (они же, кстати, авторы чудесного Гвардейского дворика у метро «Технологический институт»).

— Петербург Достоевского

Собственно, не только Достоевского: все российские писатели, сочиняя рассказы о «бедных людях», селили своих героев именно в Коломне. Именно здесь находились все «чердаки», «каморки», «комнаты, похожие на шкаф» и «темные углы» русской литературы. Но Достоевский превзошел всех: в Коломне происходит действие едва ли не всего романа «Преступление и наказание».

Достоевский, сам проживший в Коломне значительную часть жизни, описывает эти места с такими подробностями, что, несмотря на сокращения в названиях улиц и мостов, не составляет никакого труда угадать, где именно произошел тот или иной эпизод. Вот, например, дом старухи-процентщицы (№104 по каналу Грибоедова): можно повторить маршрут Раскольникова, зайти во двор, подняться по «темной, узкой черной лестнице на четвертый этаж» и постоять на площадке Алены Ивановны.

А можно, отсчитав 730 размашистых шагов от дома старухи, дойти до дома самого Раскольникова (Столярный переулок, 5), который даже снабжен соответствующей мемориальной табличкой. Совсем рядом, в доме №73 по каналу Грибоедова, находится и дом Сонечки Мармеладовой (правда, в романе у него три этажа, а в советское время к нему пристроили четвертый). А в доме №58 по Садовой находилась полицейская контора, куда герой в конце романа пришел сознаваться в двойном преступлении.