Прошлое лучший пророк для будущего. (Джордж Байрон)

- Доброе утро, - чуть смущаясь, пролепетал Крис, а я лишь улыбнулся своему Солнышку.

- Кушать хочешь? – ласково спросил Женька, но Крису не пришлось отвечать.

Его животик согласно забурчал и Женька, встав с кровать, протянул руки Крису. Тот немного задумавшись, забрался к Жене на руки, и они потопали на кухню.

Я пошёл в ванну, думая, что мой любимый точно найдёт подход к моему сынишке. Закончив водные процедуры, я спустился вниз.

- Вы зубки помыли? – строго спросил я.

- Да, папа, - весело прокричал Крис.

- Криси, держи, - Солнышко поставил тарелку, и Крис начал с удовольствием кушать.

Это утро удивляет меня всё больше и больше. Раньше, если Женя ставил перед Крисом тарелку с едой, он ни за что не ел. Если эту же тарелку ставил я, то вся каша без проблем была съедена. А вот, если кашу варил я, то Крис тоже не ел, маленький привереда. Он кушает только Женины каши.

- А меня кто-нибудь покормит? - надув губы, спросил я.

Женя улыбнулся и, чмокнув меня в губы, вновь отвернулся к плите. Криси тихо захихикал, а я ведь всё равно остался голодный.

- И это что, всё? – вновь спросил я, на что Солнышко поставил передо мной полную тарелку и уселся рядом.

- Я всё! – весело крикнул Крис.

- Молодец, сыночек, - Женя потрепал мальчишку по голове и пошёл мыть посуду.

Я сидел и со счастливой улыбкой смотрел на своих любимых мальчиков. Женька первый раз назвал его сыном, и для меня это очень важно. Крис побежал в свою комнату, а я подошёл к Жене и крепко обнял его.

- Спасибо, Солнышко, - тихо прошептал я.

Он повернулся и аккуратно поцеловал меня.

- Дим, ну что ты. Я очень сильно люблю его, как и тебя, - он приобнял меня и отправил на поиски сына.

Криса я нашёл в его комнате, он что-то увлечённо рисовал.

- Криси, что рисуешь? – осторожно спросил его.

- Папу Женю, - чуть смущаясь, прошептал он. - Только не говори ему, это будет подарок на рождество.

- Хорошо, я ничего не скажу. Только вот нам надо его спрятать, и я даже знаю куда, - глаза малыша предвкушающе заблестели.

Я взял его на руки, и мы пошли вверх по лестнице, к моей мастерской. Крис очень удивился, когда понял, куда мы идём, ведь я не разрешаю заходить туда. Правда девчонкам я не запрещал, но они и так понимают, а малышам нельзя, потому что они там всё разворотят, а Жене нельзя, потому что я боюсь. Ведь там куча его портретов, ещё подумает, что я свихнулся.

В комнате у окна стоял стол и стул, у стены, с одной стороны, стоял маленький диван, а с другой, куча рамок под большим покрывалом. Рядом два пустых мольберта и ещё один возле окна.

- Папа, а что там нарисовано? – малыш тянет ручку и указывает на третий мольберт.

Мы подходим ближе, и Крис зачарованно смотрит на нарисованного Женю. Здесь он такой, каким я запомнил его в первый день школы. В своей клетчатой рубашке и растерянно-уверенным лицом. Я до сих пор не понимаю, как он может быть таким сильным и хрупким одновременно.

- Папа, а ты научишь меня так рисовать? – малыш жадно разглядывал рисунок.

- Конечно, Криси. Давай положим твой рисунок на стол.

- Хорошо, а покажи мне ещё что-нибудь.

Я усадил сына на стул, и, откинув покрывало, выбрал пять самых любимых портретов. Расставив их у стены, я подошёл к сыну и сел рядом на корточки.

- Ребята, вы где? – Женя открывает дверь, и у меня сердце замирает.

Я так боялся этого, ведь он единственный, чьи слова могут меня действительно ранить. И именно этого я боялся, его растерянного взгляда, этой оглушительной тишины и слов, которые будут сказаны. Мне стало действительно страшно.

- Папа, папа, не плачь, папа… - Крис спрыгнул со стула и обнял меня, так сильно, как мог, своими маленькими ручками.

Он тихо шептал мне на ухо, а я даже обнять его не мог, смотря только на Женю. Пока крепкие руки не обняли нас с Крисом. Женя тихо говорил мне, что всё хорошо, и я понимал, что это было так абсурдно, но я просто очень зависим от этого человека.

Мы сидели и тихо шептались друг с другом, а Криси мило заснул у меня на плече. Было так уютно, тепло, и горячие губы, аккуратно целовавшие мою шеи, потихоньку сводили меня с ума.

- Давай положим его, - тихо предложил Женя.

Мы аккуратно встали и уложили Криса на диванчик. Женя тут же схватил меня за руку и повёл.

- Жень, мы куда, нельзя же его там одного остовл… ммххм…

Женя запихнул меня в комнату и буквально набросился. Жар твоего тела быстро передавался мне, и твои губы… я не могу соображать.

Ты пихнул меня на кровать и быстро взобрался сверху. Я притянул тебя к себе и принялся жадно целовать. Кусаю твои губы, грубо пропихивая язык внутрь. Ты тихо постанываешь, иногда матерясь, и цепляешься пальцами в мою футболку. Слышится треск ткани, и я просто выкидываю уже ненужную тряпку, попутно стягивая футболку и с тебя. Кусаю подбородок, переходя на нежную шею, и вновь лишь грубые поцелуи, от которых ты пошло стонешь. Никакой ласки, только животная страсть, взявшаяся, не пойми откуда. Тянусь к твоим штанам, но ты отпихиваешь мои руки.

- Не надо, я сам, - задыхаясь, шепчешь в перерывах между стонами.

Раздеваешься сам, а затем снимаешь штаны вместе с бельём и с меня. Усаживаешься мне на грудь и дразняще проводишь языком по моей щеке. Я тихо рычу, а ты, улыбаясь, поворачиваешься ко мне попой, и заглатываешь мой член целиком. Волна сладкого удовольствия прошибает моё тело, и я, вцепившись в твои бёдра громко застонал. Твой язычок выводит неизвестные линии и заставляет меня поддаваться тебе навстречу. Целую, иногда кусая твои ягодицы и лизнув последний позвонок, медленно спускаюсь вниз. Раздвинув твои половинки прохожусь по сжатой дырочке, и ты, выпустив мой член из рта, громко кричишь. Медленно продолжаю вылизывать твою попку, чувствуя, как ты сдавленно дышишь, опаляя своим дыханием мои бёдра. Провожу язычком по сжатому колечку мышц и проталкиваюсь внутрь. Твои стоны превращаются в тихий скулёж, пока я нарочито медленно трахаю тебя язычком. Твои нежные поцелуи заставляют меня прекратить мучить тебя и наслаждаться уже твоими ласками. А ты, воспользовавшись ситуацией, сразу переворачиваешься и начинаешь медленно насаживаться на меня. Твоя горячая теснота приводит меня в полную нирвану, но понимание того, что тебе сейчас больно, заставляет открыть глаза и попытаться помочь тебе. Но ты лишь отталкиваешь мои руки, впуская меня до самого конца, и откинув голову, тяжело дышишь, привыкая к заполненности внутри себя. Я нежно поглаживаю твои ноги и бёдра, выше ты всё равно не позволяешь мне трогать себя, а ты начинаешь аккуратно двигаться. Сначала совсем чуть-чуть, а потом всё быстрее. Пошлые звуки стонов, шлепки твоего тела об моё, возбуждение только нарастает. Упираешься руками мне в плечи и надрывно двигаешься. Я не вижу твои глаза, они скрыты от меня волосами, но я вижу чуть приоткрытые губы, с которых постоянно срываются всё новые стоны. Ты почти задыхаешься, ласкаешь себя рукой, и скачешь на мне, как заведённый. Твоя сперма изливается мне на грудь, и ты сильно сжимаешь меня внутри, продолжая насаживаться. Я беру тебя за бёдра и резче опускаю на себя, изливаясь глубоко внутрь твоего тела. Ты обессилено падаешь мне на грудь, пытаясь отдышаться. Я всё ещё внутри тебя, поэтому аккуратно переворачиваюсь и выхожу.

- Что это было, милый? – аккуратно заправляю выбившиеся пряди за ушко.

- Просто, я нереально возбуждаюсь, когда ты рисуешь, - тихо прошептал он мне.

Вот так, живу с человеком шестнадцать лет и только сейчас это узнаю. Зато теперь можно нагло этим пользоваться.

- Только посмей воспользоваться этим! - грозно проговорил он, будто прочитав мои мысли.

- Эх, обломал ты меня, - чуть прикусывая мочку твоего уха, отвечаю.

Он выбирается из моих объятий и аккуратно встаёт, начиная медленно прихрамывая двигаться к ванной. Посмотрев на мучения моего мужа, я встал и, подхватив его на руки, занёс в душ. Поцеловав опухшие губки моего любимого, я вымыл его, и мы пошли в мастерскую забирать Криси. Малыш мирно спал, свернувшись в клубочек. Женя аккуратно взял его на руки, но Крис быстро открыл сонные глазки и тихо прошептал:

- Я люблю тебя, папочка, - и вновь уткнулся носиком в Женину футболку.

Я попросил мужа уложить Криси, а сам вернулся в комнату. Перестелив постель, я заметил Женю стоящего у двери с печальным выражением лица.

- Солнышко, что случилось? – я подошёл ближе и притянул его к себе.

- Дим, а если он сказал это, потому что думал, что это ты? – он грустно посмотрел на меня.

- Милый, он ведь открыл глазки и посмотрел на тебя. Он точно знал, что говорит это тебе.

- Может ты и прав, - он обнял меня, а потом потащил на кухню.

Время до вечера пролетело быстро и вот уже громкий хлопок двери и…

- Папочка, мы пришли, - златовласая девочка с громким криком несётся к Женьке.

- Устали? – забирая пакеты с продуктами, спрашиваю у Эвы.

- Устали, - соглашается она со мной.

Катя, только услышав слово устали, стала сразу рассказывать, как же ей болят ноги и всякое тому подобное. Я не стал слушать разглагольствования Катьки, и понёс пакеты на кухню. Проходя мимо комнаты Криса, я заметил, что в ней уже горит свет, и, поставив пакеты на стол в кухне, я зашёл к сыну.

- Криси, ты уже проснулся? – он бодро кивнул, и продолжил копаться в своих игрушках.

- Мячик, я обещал дать его Эмили.

- А это не он? – достав из под стола маленький мяч, протягиваю его сыну.

- Да, спасибо папа, - он забрал мяч и выбежал из комнаты.

Потом был весёлый семейный ужин, подколки со стороны девчат на тему, кто же укусил Женю за шею, наверное, вампир? И просмотр фильма, только вот девочки уже пошли улаживать Эми, а Женя тоже куда-то унёсся, и только мы с Крисом пытались досмотреть на редкость нудный фильм. Но заметив, как малыш начинает клевать носом, я подхватил его на руки и понёс в кроватку.

- Криси, уже пора спать.

- Я не хочу, - удобно устроив голову у меня на плече, отвечает он.

- Ага, и поэтому ты так удобно улёгся? – с улыбкой спрашиваю я.

- Наверное, - тоже немного улыбаясь, отвечает мне.

Я уложил его в кровать и чмокнул в щёку, на что он весь залился румянцем.

- Спокойной ночи, Криси.

- Спокойной ночи, папа, - тихо ответил он и отвернулся к стеночке, умильно засопев.

Зайдя в комнату, Женю там не обнаружил, но услышал тихий плеск воды, значит моё Солнышко в душе. Бесшумно проскользнув ванную комнату, я заметил Женю, стоящего спиной ко мне и опирающегося руками о стену. Наспех раздевшись, я залез под тёплую водичку и обнял своё чудо. Он немного вздрогнул, но потом откинул голову мне на плечо и положил свои руки поверх моих.

Шум воды, бьющейся о стенки ванной, лишь иногда прерывался тихими стонами или бесстыдными просьбами. Медленные глубокие поцелуи менялись на горячее дыхание. Нежная кожа под моими губами краснела, а крепкие пальцы, впивающиеся в плечи, приносили сладкую боль. Тихие признания утопали в шуме воды, а громкие крики удовольствия заглушали любые мысли. Желание на пике и всеобъемлющая нежность. Я так рад, что ты есть у меня, моё сокровище.

Ночь. Как сквозь вату до меня доносится тихий шёпот.

- Папочка, папочка, можно я с вами посплю? – Крис уселся сверху на Женю и тихонько теребит его за руку.

Открывший глаза муж, тихонько прошептал:

Криси быстренько заползает под одеяло, и, прижимаясь ко мне спинкой, крепко держит Женю за руку.