Вологда. Кружева с разговорами

Вологда была давней мечтой. Сколько раз в поездах дальнего следования видела эту станцию в расписании, а сходить надо было чуть раньше или позже. Терзали даже хулиганские мысли – проехать-не доехать, но останавливало житейское: тебя встречают или, по крайней мере, ждут честного звонка о прибытии в должное место.

Наконец, придумала, как просто попасть в Вологду: при очередной поездке в Кострому сделать крюк - сесть в Москве на вечерний поезд сразу в Вологду, погулять там денёк, а уже оттуда под ночь в Кострому с пересадкой в Ярославле ранним утром. Никаких тебе гостиниц, экономно и удобно, кроме обратного пути. Вообще, Кострома с Вологдой в моём сознании две подружки, но у железнодорожников и тех, кто над ними, другое мнение – расстояние меньше 300 км, а без пересадки никак. Автобус тоже вредина, ходит, будто дразнит. Да так уж устроена жизнь: одни строят препятствия, другие их… знамо дело.

Где наша не пропадала, и вот уже я в Вологде. С пяти утра гулять по осеннему городу, даже самому долгожданному, не очень удобно, потому сдаю основной багаж и укладываюсь на вокзальных стульях, благо, они без рёбер. Уснула как сурок, просыпаюсь в восемь, радуюсь: сумку с документами из-под головы не стибрили, из-за лишних занятых мест не растолкали… А улица уже зовёт нежным утренним почти светом… Потягушеньки – и вперёд, навстречу приключениям!

Кстати сказать, вокзал в Вологде какой-то простецкий, не по рангу. Поездов только от Москвы штук пятнадцать, ещё из Белоруссии мчатся, Украины, с югов, северов. А поди ж ты, заштатный вокзалишко, без всяких больших залов и прочих атрибутов престижности и комфорта. Такие вокзалы обычно при райцентрах, и то захудалых. Жаль, Вологда достойна лучшего. Так и представляю там огромный белый вокзал, похожий на крепость и дворец вместе. С кружевными балконами! Вообще, белый цвет – цвет Вологды. Так кажется даже после октябрьского заезда - осенней грязи было не перебить великолепия светлого города, хоть и простиралась она, серая, из-за выщербленности дороги сразу от вокзала. Грязь казалась всего лишь случайным и временным недоразумением. А уж как, наверное, прекрасна Вологда среди зимы!

По подсказке первого встречного, оказавшегося женатым на костромичке… Откуда знаю? Да это же провинция, причём северная, не замученная людской толкотнёй. Привожу примерный диалог:

- Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, как добраться до центра?

- А вы откуда? – слышу в ответ тягучий вопрос. Такой тягучий, будто мужчина лет сорока пяти не спешит на работу или ещё куда. Кажется, он и вышел из дому больше ради того, чтобы поболтать с прохожими.

- У меня жена из Костромы.

- Она всё время сыр от вас возит.

- Да, сыр хороший… Простите, у меня мало времени… Сколько до центра-то?

Получив исчерпывающий, как вы понимаете, ответ, включающий в себя пеший ход прямо и переулками, а также варианты поездок на автобусе, выбираю самое экономное по времени и через пятнадцать минут ступаю на тротуар в сотнях метров от местных достопримечательностей. Тут и рынок, где можно перекусить с утра; и славная главная площадь, на которой, как выяснилось в последние годы, проходило Софийское вече; и шедевральные архитектурные сооружения; и Музей кружев; и памятник Батюшкову, уроженцу здешних мест… Всего не перечислишь, надо видеть. Скажу лишь, что город понравился с первого взгляда. И хорошо, а то, бывает, надумаешь себе на расстоянии Бог весть каких достоинств, а наяву по-другому.

Начала с рынка. Поглазела на товары, откушала прекрасных ещё горячих пирожков. Почему «откушала»? Потому что очень уважительно обслужили. Товары особо не впечатлили, они сейчас везде как под копирку. Разве что вологодских конфет прикупила, люблю их, чего греха таить. Потом пошла дальше, к здешнему знаменитому белому кремлю. Не смогла пройти мимо первой на пути церкви, хотя и обшарпанной. Да это та самая, знаменитая Покрова на Торгу!

Внизу, под основным входом, церковная лавка. У входа единственный нищий, подала ему почему-то не мелочь, а ватрушку. Обрадовался. Внутри разговорилась со служительницей, посетовала, что такой запущенный храм.

- Да вы что! Батюшка так старается!

- Стены-то вон ужасные!

- Вы бы видели, что тут ещё недавно было!

Пожалела о своих словах, войдя в саму церковь. Богатство икон, порядок, благодать. Плюс всё в живых цветах! Не хотелось уходить. Сочла нужным снова зайти в церковную лавку - объясниться со служительницей:

- Простите меня, в храме очень понравилось.

- А я что говорила?! Не всё сразу. И снаружи сделаем, как денежки появятся.

- Цветов-то внутри сколько!

- Прихожане жертвуют. У нас всё учитывается. На цветы отдельно, - служительница достаёт тетрадь со множеством записей…

- Нищие у вас на вид пьяницы, не знаешь, подавать или нет… - то ли советуюсь, то ли жалуюсь. Когда второй раз заходила в церковную лавку, у входа сидело уже с пяток самых что ни на есть забулдыг. Были среди них и женщины, никак не похожие на просительниц - с неприятным острым взглядом, почти угрожающим. «Попробуй не подай!» - вопияли мятые лица.

- В этом я вам не подсказчица. Как сердце велит, так и поступайте. Бог всех жалел. А так, мы сами от них страдаем. Вчера вон поножовщину прямо тут устроили, пришлось скорую и милицию вызывать…

Главная площадь уже в двух шагах. Перед ней рыночек сувениров, обычно там, по слухам, продают знаменитые вологодские кружева с рук. Бабушки сами вяжут, сами торгуют, а потому дешевле, чем в магазинах. Правда, узоры попроще, в отличие от знаменитой тамошней кружевной фабрики «Снежинка». Сегодня бабушек нет, продавщица берестяных рапсодий говорит, что бывают они теперь только в выходные. Жаль.

Под начавшимся вдруг хлопковым снегом площадь видится сказочной. Вокруг неё и вглубь - величественные светлые здания. Ни одного новодела, ни одного современного строения. Софийский собор белее всего. Кажется он мне неожиданно простым, хотя совершенство форм очевидно. Собор овеян легендами. Говорят, например, под ним спрятана знаменитая библиотека Ивана Грозного, а потому по оврагам неподалёку время от времени кружат копатели с инструментом. В Инете написано, даже один русский олигарх отметился.

Рассказывают, в Софийском соборе на Ивана Грозного однажды свалился камень. Царь рассвирепел, велел снести почти завершённый храм, потом смилостивился. Но достраивали уже при его сыне Фёдоре. Сейчас здесь музей, можно любоваться великолепными росписями одного из лучших памятников 17 века. К сожалению, не полюбовалась.

…Издали вижу памятник человеку с конём, догадываюсь, Батюшкову. Подхожу, смотрю с уважением. Очень кстати от набережной поднимаются двое приличных на вид молодых мужчин.

- Ребята, сфотографируйте меня у памятника.

- С удовольствием. Вас в полный рост или неважно?

- Как получится, главное, чтобы памятник был весь виден.

- Понятно. - У одного из мужчин в руках камера, он и себе фотографирует памятник. Уже отходя, ребята вдруг оглядываются:

- Поэт, учитель Пушкина.

- Не зря на него похож, - говорит тот, что повыше.

- Странная логика - улыбаюсь.

- А не подскажете, где.

Простой вопрос с некоторых пор ставит меня в тупик, потому что живу больше памятью о родине. Вот и отвечаю кому как. Этим ребятам сказала, что приехала из Удмуртии, но вообще-то костромичка. Сами они оказались дальнобойщиками из Москвы, привезли сюда товар для известной торговой сети. Пока идёт разгрузка, осматривают город. Видно по ним, хорошие, но сфотографировали меня только что не вниз головой. И после предупреждения о важности памятника на снимке лишь фрагмент Батюшкова, фрагмент коня, ещё – столба, берёзы, парапета… Ладно, я целая посреди этого хаоса, и то вот накось. Поэтому фото представляю своё:

…Немного размышляю о Батюшкове, прекрасном поэте и несчастном человеке с манией величия в буквальном смысле.

Есть свидетельства, что после встречи с ним Пушкин и написал знаменитое: «Не дай мне, Бог, сойти с ума…» Спустя много лет Николай Рубцов, помните, его ещё называли надеждой русской поэзии, в завещании просил похоронить себя там же, где упокоен Батюшков. Не случилось. Да это ли самое трагичное в его кончине?

Всё, хватит печали! Сама себя хватаю за шкирку и подтаскиваю к маленьким продуктовым развалам в ближайшем закоулке. Ещё и шепчу, кажется:

Напрасна грусть. Что было – пусть!

Смотри, как банку давит груздь.

Бруснике в пику мёд с лотка

Тягуче славит старика,

Что мало, может, книг прочёл,

Зато постиг все тайны пчёл.

Теперь вот смотрит на тебя,

И жизнь, и Вологду любя…

Вспоминаю неохваченную набережную и буквально бегу сделать снимок. Позднеосенний пейзаж манит последней зеленью, только что освежённой визитом нежданного мимолётного снега. Наверное, такое бывает только на севере: сезонные крайности губят не сразу, дают привыкнуть к грядущим невзгодам.

Опять возвращаюсь на площадь, надумав-таки зайти в Музей кружев. Так получается, что брожу по центру Вологды, будто кружева плету. Или себе не хозяйка?

Музей – чудо! Все помнят известное определение классика про прекрасное в человеке. А в музее? То же самое! Кажется, я впервые вижу такой музей. Прекрасны местоположение, здание, интерьеры, обслуживающий персонал, буфет, бесплатные буклеты о Вологде, наконец. А экспонаты! Подумалось: это не просто Музей кружев, это - Музей музеев.

Вот такие там переходы:

Вот такой буфет. Кстати, и булочки тут продаются с кружевом из теста по верху. И на голубых баночках с леденцами нарисовано оно самое.

Экспонаты глядят со стен красотой и трудолюбием, восхищают, вдохновляют, обещают, рассказывают. Если такая хрупкость может храниться веками, значит, есть сила в слабости, и не всё потеряно. Отчего-то вспоминается князь Мышкин. О, бесполезное, не самое ли ты необходимое? Если из поколения в поколение в лютую стужу северных краёв люди плетут не согревающий ажур, значит… «это кому-нибудь нужно». С такими мыслями хожу из зала в зал. Поэзия в нитях, определяю для себя. Так и хочется погрузиться в эти рифмы и ритмы, перенять их гармонию и облечь в слова. Ещё хочется поговорить с кем-то незримым, стоящим за каждым изделием. Кто вы, кружевницы, ушедшие в небытие, но оставившие по себе нежную рукотворную память? Какие вы? О чём думали, когда вязали-создавали? И о чём мечтают наши современницы, занятые вот таким плетением? Только бы не мечтали о переезде в Москву, чтобы навсегда забыть уникальное рукоделие…

На выставленных уникальных кружевах и Сталин, и цветочки с птичками. Хочется верить, связь времён не прервётся, хоть и держится сейчас кружевной промысел, по слухам, на паутинке. Вологодское кружево продаётся дорого, а зарплата плетеи (слово-то какое!) малюсенькая.

С современными плетеями я вскоре встретилась. После музея поторопилась к магазину кружев, что на задворках площади. Или на подступах, как посмотреть. Под окошками остановилась, заворожённая странными звуками – то ли птички поют, то ли ансамбль на хрустальных ложечках упражняется. Догадываюсь, это как раз звук плетения, и после входа в здание сворачиваю не в магазин, а именно на звук - налево, к цеху. Встала в притворе, улыбаюсь во весь рот.

- Девочки, на музыку пришла, с улицы ваши трели слышно.

- Не вы первая, - отвечают приветливо.

- Никогда не думала, что коклюшки так поют!

- Бывает, люди подолгу под окнами стоят, слушают. Потом к нам заходят, тоже удивляются.

- Добрые вы, работать ведь мешаем.

- А можно, тогда я вас ещё и сфотографирую? – радушие кружевниц придаёт мне храбрости. - Наклоните, пожалуйста, головки, чтобы не узнали, мало ли где покажу.

- Чего нам стесняться, фотографируйте.

Вот это фото. В кадре плетеи, что сидят напротив входа. В глубине цеха их намного больше, но сфотографировать не решилась - они моего обращения наверняка не слышали.

Позднее вычитала, что коклюшки специально делаются из звонких пород дерева. Тогда понятно, откуда музыка.

Потом был Спасо-Прилуцкий монастырь, что стоит на окраине Вологды.

За славными стенами случилось много личных волнений, неожиданных разговоров, озарений, и пусть оно останется со мной. Слава Богу, сподобилась. Скажу лишь об огромном впечатлении по окончании молитвы. Служил сам настоятель, что нечасто, и в храме было невиданно много молодых мужчин (а может, их тут всегда много). Когда после монахов они пошли поклоняться мощам, в почтительных и в то же время пружинистых земных поклонах я увидела истинное благолепие: современные молодые люди друг за другом исполняли древний ритуал так, будто от этого зависела судьба не только каждого из них, но ещё многих и многого. Делалось всё по наитию, не иначе, а получалось так слаженно, будто под дирижёрской палочкой.

… Вечером перед поездом снова бродила по городу – искала, где их маслица знаменитого купить, где сувениров. По совету одной прекрасной вологжанки зашла в торговый центр «Оазис», а там. Думаю, и в Греции меньше чего есть. Особо впечатлил отдел выпечки. Открытые пироги такие, что из-за одних их стоит снова ехать в Вологду: брусничная начинка толстым слоем, в меру сладкая, под ней тесто легчайшее. Взяла граммов сто пятьдесят, кусок вышел в полпротивня. Жаль только, присесть негде. Да я теперь, после заграниц, душой свободная. Села рядом с магазином на парапете, достала все купленные вкусности и тут же поужинала. Народ идёт, смотрит, а мне хоть бы что. Знаю про себя, мусора не оставлю, а условности… всего лишь условности.