Аркадий и Борис Стругацкие «Понедельник начинается в субботу»

Перевод на английский: — Л. Ренен (Monday Begins on Saturday) ; 1977 г. — 1 изд. — Э. Бромфилд (Monday Starts on Saturday) ; 2005 г. — 2 изд. Перевод на немецкий: — Х. Бухнер (Montag beginnt am Samstag) ; 1974 г. — 3 изд. — Э. Симон (Wo das Getreide wogt) ; 1980 г. — 1 изд. — Х. Гутше (Der Montag fängt am Samstag an) ; 1990 г. — 2 изд. Перевод на испанский: — Р. М. Гарсия (El lunes empieza el sabado) ; 2011 г. — 2 изд. Перевод на французский: — Б. Крест (Le lundi commence le samedi) ; 1974 г. — 1 изд. Перевод на итальянский: — А. Кортезе (Lunedì inizia sabato: favola per collaboratori scientifici di livello base) ; 2019 г. — 1 изд. Перевод на шведский: — С. Люндваль (Måndag börjar på lördag) ; 1994 г. — 1 изд. Перевод на чешский: — Я. Пискачек (Pondělí začíná v sobotu) ; 1984 г. — 2 изд. Перевод на эстонский: — Т. Петерсоо (Esmaspäev algab laupäeval) ; 2015 г. — 1 изд. Перевод на украинский: — А. Саган (Понеділок починається в суботу. Казка для наукових співробітників молодшого віку) ; 2011 г. — 1 изд. Перевод на польский: — И. Пиотровска (Poniedziałek zaczyna się w sobotę) ; 1970 г. — 3 изд. — Э. Скурская (Poniedziałek zaczyna się w sobotę) ; 2009 г. — 1 изд. Перевод на словацкий: — Д. Бабьяк (Pondelok sa začína v sobotu. Rozprávka pre mladších vedeckých pracovníkov) ; 1988 г. — 1 изд. Перевод на болгарский: — С. Владимиров (Понеделнек започва в събота, Понеделнек започва в събота. Приказка за младши научни сътрудници, Понеделник започва в събота) ; 1968 г. — 3 изд. Перевод на венгерский: — Д. Геллерт (A hétfő szombaton kezdődik) ; 1971 г. — 2 изд. Перевод на сербский: — М. Стаменкович (Ponedeljak počinje u subotu) ; 2019 г. — 1 изд. Перевод на грузинский: — В. Гулеури (ორშაბათი იწყება შაბათს) ; 2015 г. — 1 изд. Перевод на румынский: — В. Стоическу (Lunea incepe sambata) ; 2006 г. — 2 изд. Перевод на эсперанто: — М. Бронштейн (Lundo ekas sabate) ; 2005 г. — 1 изд. Перевод на турецкий: — Х. Ялин (Pazartesi Cumartesiden Başlar. Küçük yaştakılerın bılım ışlerındekı yardımcısı ıçın masal) ; 2016 г. — 1 изд. Перевод на монгольский: — Ч. Алтанзагас (Даваа гариг бямбад эхэлдэг) ; 1986 г. — 1 изд.

• Жанры/поджанры: Фантастика( «Мягкая» (гуманитарная) научная фантастика )
• Общие характеристики: Юмористическое | Сатирическое
• Место действия: Наш мир (Земля)( Россия/СССР/Русь )
• Время действия: 20 век
• Сюжетные ходы: Изобретения и научные исследования
• Линейность сюжета: Линейный
• Возраст читателя: Любой

В один прекрасный вечер молодой программист Александр Привалов, возвращаясь из отпуска, прямо посреди дремучего леса встретил двух приятных молодых людей. И подпав под их обаяние, поступил на работу в один загадочный и престижный НИИ, где не терпят лодырей и бездельников, где правит энтузиазм и оптимизм, а сказка становится былью.

Повесть братьев Стругацких по праву считается одной из вершин их творчества. Прошедшая испытание временем, наполненная юмором и добротой, история будней сказочного НИИ не оставит равнодушными никого из читателей.

Написано в 1963–1964 гг.

Беловой вариант не сохранился. Черновик второй и третьей части — в папке «Понедельник начинается в субботу». На его основе в 1992–1997 гг. С. Бондаренко с согласия БНС проводилось восстановление канонического текста повести.

По мотивам повести был написан сценарий « Чародеи » и снят одноименный фильм (1982, СССР, реж.: Константин Бромберг).

В произведение входит:

Обозначения: циклы романы повести графические произведения рассказы и пр.

Лингвистический анализ текста:

Приблизительно страниц: 197

Активный словарный запас: высокий (3150 уникальных слов на 10000 слов текста)

Средняя длина предложения: 57 знаков — на редкость ниже среднего (81)!

Доля диалогов в тексте: 36%, что близко к среднему (37%)

— «Неразменный пятак» 2015, Россия, реж: Фёдор Виноградов

Похожие произведения:

В планах издательств:

Самиздат и фэнзины:

Электронные издания:

Издания на иностранных языках:

Доступность в электронном виде:

skein, 24 марта 2016 г.

«В этой повести, как нигде, воплотился дух 60-х» — наверное, самая банальная фраза, которую можно сказать о «Понедельнике». Но она глубже, чем кажется. Потому что в книге воплотился действительно в е с ь дух 60-х. Не только свет, дружба, любовь, творчество, которые бросаются в глаза, но и все те незаметные чревоточинки, внутренняя гниль, благодаря которым радостные 60-е, время космоса и больших надежд, как-то незаметно перешли в сытое болото застоя с последующей деградацией и разрушением.

Что мы вообще может сказать о поколении 60-х? Наверное, первая ассоциации – Космос. Люди, впервые покинувшее земную колыбель, люди, создавшие брэдбериевское «ракетное лето». А вот и нет! Шестидесятники по возрасту не годились в Главные Конструкторы, в лучшим случае – в младшие помощники. Запускали ракеты и атомные реакторы королёвы и курчатовы, люди совсем иной эпохи. Те, чьи старшие братья гибли на фронтах Гражданской, те, что в 30-е, работая на разрыв жил, в немыслимые сроки создали новую промышленность, те, что выиграли самую страшную войну в истории человечества. Люди из стали, с дублёной кожей. Прошедшие войну и лагеря, видевшие голод и смерть. И очень не хотевшие, чтобы всё это перенесли их дети. Этот момент хорошо показан в другом культовом произведении эпохи – фильме «Добро пожаловать или Посторонним ход воспрещён». Немолодой директор пионерлагеря, вроде как главный отрицательный персонаж фильма, рассказывает пионерам, как им повезло. Вот ему в детстве приходилось жить в палатке, самому еду готовить. А у них – светлые корпуса, обслуживающий персонал. Кормят, развлекают, носик вытирают. В вату заворачивают. И выросло новое поколение. Сытое, непуганое, образованное, воспитанное. Чуть инфантильное и конформистское. И пришло работать в НИИЧАВО.

В НИИЧАВО кипит работа. Молодые учёные горят энтузиазмом и фонтанируют идеями. Они презирают тупых мещан с волосатыми ушами. Они готовы работать по ночам, праздникам и выходным. Тем более работа интересная, хорошо оплачиваемая и непыльная. Не мешки с цементом на Днепрогэсе ворочать. Только вот с результатами что-то странное. Нету результатов. «Хорошенькие девушки» и «славные ребята» из Отдела Линейного Счастья всё ищут своё Счастье. Но не находят. Корнеев бесконечно экспериментирует с диваном-транслятором. Ищут смысл жизни… Пытаются предсказывать и пророчить, но как-то не очень. Но р-работа идёт. Практически кипит. Статьи печатаются, диссертации защищаются. Как ни странно, единственные, кто чего-то действительно добиваются, это не молодые энтузиасты, а «старичьё». Янус Полуэктович, Кристобаль Хозевич… Тот самый, что держит в кабинете чучело лично выпотрошенного врага. Бывший нкведе… виноват, инквизитор. Сталинист недобитый. А молодые и за пределами науки проявляют удивительную беззубость. Ничтожный Выбегалло воспринимается как стихийное бедствие непреодолимой силы. Всё, что могут товарищи акадэмики – грозно шевелить бровями и остроумно язвить… лучше на кухне, чтобы Выбегалло, не дай бог, не услышало. Хорошо, что есть «старичьё», за которое можно спрятаться. Полуграмотный Камноедов гоняет гениев в хвост и гриву. Что поделать, система она такая. Зловещая и непреодолимая до последнего винтика, включая завхозов и уборщиц. Что с «шестидесятниками» будет дальше? Собственно, Стругацкие и об этом написали в поздних вещах. Например, в «За миллиард лет до конца света». Постаревшие приваловы и корнеевы сидят на кухне в хорошо обставленной (югославская стенка, чешский сервиз, всё как у людей) квартирке, пьют коньячок, закусывают и трындят о бабах. И никаких субботних понедельников. Система-с заела, всё она, проклятая. Грустная книга, на самом деле, если брать её в контексте послезнания, и намного более глубокая, чем казалось самим братьям.

…А можно плюнуть на весь этот анализ и просто наслаждаться ладно скроенной, написанной хорошим, афористичным почти до ильфпетровского языком (боже, как я соскучился по хорошему языку!) книгой, погружаясь в атмосферу тех лет, когда всё плохое (кроме отдельных недостатков) было в прошлом, завтра было безоблачным, до Луны был шаг, до Марса два, а до Светлого Будущего всего двадцать лет.

Графоманъ, 20 февраля 2019 г.

Как можно оценивать ПНС? Ну это как собственному детству оценку ставить.

Сколько мне было? А получается, 12 лет, когда отец мне принес только что вышедшую в Детгизе книжку.

Сколько раз я ее прочитал — да несколько десятков. «Заученная вхруст. » (с)

Лет в 12-13 — просто из рук не выпускал. Прочел — и снова начинал. Даже не знаю, какое влияние эта книжка оказала на всю мою жизнь.

Потом отец как-то взял ее у меня. и принес вечером — уже с автографом Аркадия Натановича, они встречались по каким-то делам.

Сколько лет прошло с тех пор — да уже полсотни с лишним. Сколько было переездов — когда уходишь, только пару вещей в сумку бросив.

Но вот сейчас она стоит у меня на книжной полке, пусть и несколько потрепанная от бесчисленных прочтений. Полвека с лишним — а я ее сберег. -))

Как ее оценивать сейчас? Сложно сказать. Если полностью абстрагироваться, то, возможно, и стал бы бубнить какую-то фигню, что авторы, так хорошо начав, теряют темпоритм ближе к концу, со всей этой несколько тягомотной контрамоцией.

Но ведь литературное произведение надо оценивать прежде всего с позиций ТОГО времени. А по тем временам — это был прорыв, это было как откровение. Что вот можно и ТАК писать. Легко, весело, непринужденно. лихо и с улыбкой. А ведь тогда еще фантастика «ближнего прицела» была доминирующей.

Основная заслуга АБС и была именно в том, что они открывали какие-то новые страницы — что можно писать и ТАК и ТАКОЕ — тут прежде всего «Понедельник начинается в субботу» и «Трудно быть Богом».

Ну и какую тут можно ставить оценку?

Ученик Дьявола, 23 сентября 2021 г.

Вообще-то писать о столь известном произведении, как «Понедельник начинается в субботу», не входило в мои намерения – и без того уже набралось две с лишним сотни отзывов. Но мне случайно попался на глаза один из них, в котором есть такая фраза: «Это тот самый труд, что сделал из обезьяны человека, тот совместный труд, что облагораживает», – с оговоркой в скобках: «без шуток». И тогда я поймал себя на мысли: могли ли представить братья-авторы, работая над своим шедевром, что когда-нибудь очередному поколению его читателей потребуется такая оговорка? Результаты дальнейших размышлений на эту тему и вылились в данный текст.

Причина, по которой такого рода оговорки стали необходимыми, проста и общеизвестна. Отношение к труду как к социальному явлению ныне принято настолько отличное от вложенного авторами в «Понедельник начинается в субботу», что фразы наподобие процитированной выше воспринимаются не иначе как с усмешкой. И это – не об отдельных читателях, а о читателях «ан масс», по выражению профессора А. А. Выбегалло. В других отзывах можно встретить соответствующие характеристики этой повести Стругацких: «наивный памятник ушедшей эпохи» или «пародия на науку и мир всяких НИИ, который лопнул, не оставив о себе никакой доброй памяти, никакого наследства». Конечно, НИИЧАВО кажется наивным – по меркам нашего-то циничного века! Мы довольны, когда удается сбежать с работы хотя бы на четверть часа раньше; радуемся, спихнув какое-нибудь дело на чужие плечи; облегченно вздыхаем, когда начальник проходит мимо, не останавливаясь для расспросов о ходе дел. Так и мерещится здесь фигура того же Выбегалло, ехидно подмигивающего и риторически вопрошающего на своем французско-нижегородском диалекте: «Нес па?»

Я не стремлюсь здесь стричь всех под одну гребенку: разумеется, есть среди нас, человеков обыкновенных, и маги – те, кто занимается любимым делом, кому работа доставляет прежде всего радость и кто способен творить в своем деле буквально чудеса. Но много ли их? Вряд ли. «От звонка до звонка с перерывом на обед» – вот привычный для большинства из нас modus vivendi… точнее, modus laborandi. Более десятка лет я проработал в одном НИИ, являвшем собой парадоксальнейшее сочетание двух абсолютно различных подходов к работе. С одной стороны – молодые ребята, с блеском решающие сложнейшие инженерно-технические задачи и засиживающиеся за своими компьютерами и стендами чуть ли не до полуночи. С другой – отчаянный формализм, бесконечная бумажная волокита, великое разнообразие отписок, приемов «спихотехники» и способов имитации бурной деятельности – та самая работа «от звонка до звонка», когда за несколько минут до пяти часов в проходной уже стояла очередь из тетушек, опаздывавших домой. Собственно, ушел я оттуда как раз тогда, когда второе стало решительно преобладать над первым и разнообразные никчемные бумажки, каждую из которых строжайше требовалось предоставить по требуемой форме и в требуемый срок, стали откровенно мешать заниматься прямыми обязанностями. Так или иначе, понятие о том, какой в принципе могла бы быть работа на предприятии, подобном НИИЧАВО, и во что она превращается в реальности, я получил за эти годы сполна.

Само собой, не только сейчас, но и тогда, шестьдесят лет назад, отношение к труду мало где было таким, какое царит в стенах НИИЧАВО. Институт чародейства и волшебства – это в данном случае идеал, образец (хотя даже там имеются бездельничающие сотрудники отдела Абсолютного Знания с исцарапанными от непрерывного бритья ушами). Однако раньше этот идеал воспринимался в целом намного более положительно, чем теперь.

И все-таки даже у тех, кто трудится на самом нелюбимом месте и самой ненавистной должности, уверен, хоть раз да был момент, когда все спорилось в руках, когда работа доставляла удовольствие, когда не хотелось останавливаться и когда хотелось выполнить ее как можно лучше. И, поймав себя на этом, смущенно усмехались, украдкой оглядывались по сторонам: не заметил ли кто столь постыдного энтузиазма? – и, «остывая», махали рукой: что это со мной такое, мне что, больше всех надо. Так что зачатки мага есть в каждом из нас, даже в самом заядлом скептике, цинике и пессимисте, просто мало у кого есть возможность их реализовать, раз обстановка чаще всего этому отнюдь не способствует. И это при том, что теперь работодатели еще больше мечтают заставить персонал трудиться изо всех сил и из кожи вон лезут, чтобы этого достигнуть: различные «тимбилдинги», «тренинги», «коучинги», «мастер-классы» и прочие дурацкие англицизмы прочно прописались в современном трудовом лексиконе. Вот только в процессе превращения человека в мага любое навязанное извне воздействие, как правило, бессильно.

Сейчас, правда, появился модный термин: «бирюзовые компании», которые хвалятся личной заинтересованностью каждого работника в результатах общей целенаправленной деятельности и считают себя провозвестниками новой эры в организации трудовых отношений. В очередной раз убеждаюсь, что все новое – это хорошо забытое старое: НИИЧАВО уже тогда, шестьдесят лет назад, задал планку, недосягаемую ни для каких подобных новомодных фирм. «Бирюзовые» упирают на лозунг: «Компания – живой организм со своей целью, каждый работник – важная клетка этого организма»; в НИИЧАВО же каждый работал безо всяких лозунгов на благо не своего предприятия, а людей вообще – работал просто потому, что ему это было интересно и иначе себя он представить не мог.

Если подытожить все вышесказанное, то мы приходим к несколько парадоксальному выводу. Все мы знаем, что «Понедельник начинается в субботу» – вещь прежде всего сатирическая и юмористическая. Стругацкие населили Институт чародейства и волшебства множеством карикатурно-утрированных персонажей, создали ряд отчасти гротескных ситуаций вроде единодушного выхода сотрудников на работу в новогоднюю ночь. Однако в целом нарисованная ими картина НИИЧАВО и работы в нем вышла самой что ни на есть разумной и толковой, и это как раз наша реальность оказывается не более чем жалкой карикатурой на нее вне зависимости от того, какой подход к делу практикуется: традиционный, административно-командный, или новомодный, «бирюзовый». И в этой грустно-карикатурной реальности большинству из нас и приходится жить. М-да, магами тут явно не стать – хорошо хоть, что уши брить не надо…

Под конец, чтобы мой отзыв не выглядел таким уж напыщенным панегириком труду, сделаю пару замечаний по существу фактов. Во-первых, амонтильядо производится не в кастильском Толедо, а в андалусском Хересе. И шампанское на Новый год им при всем желании не заменишь: амонтильядо – это сухой херес, крепленое десертное вино. Во-вторых, страшное слово «побрекито», которым себя ругает Кристобаль Хунта, значит всего-навсего «бедняжка» и на самом деле читается примерно как «повресито». Стругацкие явно вычитали его из «Королей и капусты» О. Генри, где есть выражение «pobrecito loco» – «бедный дурачок». Так что если уж Кристобалю Хозевичу вздумалось предаться самоуничижению, лучше бы он называл себя обоими словами, ну или уж просто «loco» на худой конец. А еще лучше вообще никак не называл бы – уж он-то подобных выражений явно не заслуживает: он один из тех, чьи понедельники всегда начинаются в субботу. Желаю этого и всем лаборантам, которым посчастливилось любить свою работу и считать, что так и должно быть.

artem-sailer, 17 марта 2021 г.

В тысячный раз перечитывая эту повесть, сожаление испытал лишь в одном моменте — в ту минуту, когда была прочитана последняя строчка и пришлось перелистнуть страницу. Как оказалось, «Понедельник» — не такое уж и большое произведение, к тому же — сложно открыть что-то новое, когда текст знаешь практически наизусть. Ничего тут не поделаешь — даже такие дивные истории когда-нибудь заканчиваются. Да, поистине, это самый грустный момент в этой книге.

И, кстати, подумал сначала: а чего расстроился-то? Впереди же «Сказка о тройке», да и не всё из Стругацких перечитал в этот свой заход. Но потом вспомнил ту отчаянную сатиру, которой пропитана «Тройка». Именно — отчаянную. Отчаяние, которое пришло на смену былому энтузиазму и оптимизму. Полдень уже закончился, и наступления понедельника никому не хочется. Потому что в «Тройке» понедельник не радостный, не сулящий захватывающее чувство познания, а серый, обещающий сизифов труд — сражение с серостью, недалёкостью, консерватизмом. Как-то грустно сразу стало.

На титульной странице «Понедельника» написано, что это произведение — для научных работников младшего возраста. И это вовсе не яркий афоризм ради красного словца. Я не воспринимаю эту фразу в качестве удачной шутки, иронического парадокса или меткой, но пустой красивости. Я понимаю этот подзаголовок буквально. В прямом смысле. «Понедельник» — это повесть-учебник, это хрестоматия для интеллигентного человека, инструкция по недопущению обрастания шерстью. Эту книгу следует читать не только ради изящного юмора, тонкой иронии и едкой (местами) сатиры. Не только с целью развеяться и переключить мозг на решение хитрых задач по контрамоции. Не только для того, чтобы насладиться литературным богатством повествования и яркими образами героев.

Нет, главная ценность «Понедельника» в том, чтобы не дать читателю забыть, как выглядит настоящий культурный, интеллигентный человек. И чтобы читатель помнил, что такое серость, мещанство, мракобесие, приспособленчество и другие нелицеприятные вещи. Чтобы читатель, зарывшийся в обыденности, идущий на поводу у унылой однообразности, которой очень часто бывает наша жизнь, не клюнул вдруг на промелькнувшую где-то зазывающую витрину, не повёлся на яркую обёртку, не свернул с узкой и зачастую ускользающей дорожки культурного. С тропинки нравственного в лесу невежества. С пути созидательного творческого труда и критического взгляда на мир. Не попал в цепкие приторные объятия двуногих с ушами, заросшими шерстью.

На инженера учатся пять лет, на медика — семь. На интеллигента — всю жизнь. Чтобы быть в форме, нужно постоянно тренироваться. Чтобы быть профессионалом, нужно не только следить за новшествами, но и периодически повторять азы. Чтобы быть культурным человеком, нужно много читать — не только новинки, но и перечитывать классику. И «Понедельник» уже давно занял заслуженное место на полке с лучшими образцами мировой интеллектуальной и нравственной литературы.

uralov, 5 ноября 2011 г.

>> sambainu | 2011-08-07 – [ -2 ] +

>> Бред. другими словами выразить моё отношение к произведению не получается. Псевдонаукообразные обороты, напрочь отсутствующий сюжет (о чём вообще вся эта история?), абсолютно никакого юмора (отсутствует как класс), просто КУЧА, в которую свалено и нагромождено всё что только авторы смогли придумать. Вообще не понимаю как ЭТО можно читать и откуда столько восторженных отзывов и высокий рейтинг. Оценку не ставлю, т.к. осилил только 2 первые истории.

Думаю, все книги о науке в России ждёт такой печальный финал ( в лице отзыва г-на sambainu).

Я помню. мы мечтали быть учёными и космонавтами. и в нашем «снаряжении» бластеры были не более, чем защитой от динозавров и неведомых безмозглых чудищ. Мы плющили носы в стёклах цокольного этажа МИФИ, глядя, как юноши (в очках и без) щёлкали загадочными тумблерами и втыкали разноцветные провода в дырчатые панели АВМ.

Снимите шляпы. Наука прекратила течение своё.

«В кучу всё свалено», «напрочь отсутствующий сюжет».

И незачем возражать. «Город дураков» наступал-наступал — и наступил. Прямо нам, физикам-химикам-механикам-астрономам и лирикам на голову.

Я не хочу больше жить на этой планете (с)

Аркадий Натанович, надеюсь, что где-то там, в небесах, я приду к Вам, смущённый и краснеющий, брать автограф. И извинюсь, что побоялся познакомиться с Вами в 1988 году.

Прощай, увлечение наукой. Здравствуйте, китайские студенты! Быть может, кто-то адаптирует эту весёлую историю и для вас. Вы оцените.

P.S. Пол Андерсон в «Операции «Хаос» был наиболее близок к этому произведению (в литературе сюжеты гуляют, не ведая границ). но это совсем другая история.

negativecharge, 2 августа 2019 г.

Эту книгу в классе четвёртом мне дала почитать одноклассница. За книгой, насколько я помню, даже очередь была, поэтому прочитать надо было быстро. Но подгонять не потребовалось, книгу я и так буквально проглотил! Дело в том, что к этому возрасту моя вера в сказку была уже окончательно при смерти, а «Понедельник начинается в субботу» всё изменил. На полном серьёзе в книге рассказывалось о научно-исследовательском институте чародейства и волшебства (НИИЧАВО), в котором происходили невиданные вещи. И при всём при этом все эти чудеса рассматривались как самые обыкновенные происшествия, а чудом считалась наука и научные открытия. Удивительно и интересно! И сказка оказалась реальностью, просто не в моём городе, а в далёком Соловце. Но она была! Она существовала.

С тех пор я не раз перечитывал эту книгу, и со временем акценты в ней смещались. Старшеклассником меня уже больше интересовала не сказка, а люди, характеры, взаимоотношения в коллективе, будущая профессия. Студентом — возможность найти такую же интересную работу, чтобы так же в субботу вместо понедельника хотелось начинать рабочую неделю. Молодым специалистом я чувствовал родство с главным героем. Тот же оптимизм, энергия, вера в справедливость, во всё хорошее и в нужность того, что я делаю. А вот сейчас круг замкнулся, и я снова вернулся к сказке. Потому что только в сказке всё бывает идеально, а в жизни всё сложнее. Я по прежнему люблю свою профессию, но уже знаю, что работа над любимыми проектами, где нужны твои знания и твой характер, перемежается работой, которую на тебе свалили просто потому, что на кого-то надо было, без учёта тебя как такового. И вот ради одного терпишь другое, ныряешь в рутину, чтобы вынырнуть в теплые лучи нового увлекательного задания.

Созидать интересно. А когда интересно, тогда и понедельник начинается в субботу.

Marmotta, 25 июля 2012 г.

Что за книга! Чудо-расчудесное, а не черные буковки на белой бумаге!

Первая моя книга Стругацких, прочитанная в 10 (!) лет. Самое странное, что в столь нежном возрасте она мне понравилась! Потом уже перечитала в 19 и была удивлена: ну что, скажите на милость мог понять в ней ребенок?! А вот поди ж ты, углядела что-то интересное. Хотя, скорее всего увлекла сказочная сторона сюжета (ах, кот Василий!:lol:), а не глубокие, даже глубочайшие мысли, облеченные авторами в оболочку «сказки». Но сознательное прочтение книги отнесу все-таки к 19, а не к 10. До сих пор помню, как сползала под стол, зажимая рот, чтобы не ржать как лошадь (предполагалось, что я готовлюсь к экзамену:blush:)

Выдержала, выдержала эта книга проверку временем, более того, актуальна именно сейчас как никогда раньше. Сколько таких Выбегалло-Петриков в российской науке? И не пытаются ли власти превратить народ в «кадавров, удовлетворенных желудочно» («Мы стали более лучше одеваться», ага!), сами при этом превращаясь в «кадавров, полностью удовлетворенных» (ждем-с, когда же они лопнут!)? Изъять бы им эту книгу из библиотек, плохому она учит: любить свою работу, стремиться не только к «вкусно жрать и сладко спать», но и к бескорыстному служению Науке (а физика или лирика — дело десятое)! Сейчас же в современной России министр образования заявляет, что математика — убивает креативность, а попы-мрокобесы проникают в школы — ждем введения Закона божия вместо физики-химии-математики?:snuffy:

Отзывы — не место для дискуссий, но. Uralov (:beer:), а может всё еще наладится, а? Как же хочется на это надеяться!

Miya_Mu, 19 июня 2013 г.

Больше полугода уже, как умер Борис Натанович, а в голове, как камешек в ботинке, болтается какая-то полумысль-полуощущение, которое можно перевести примерно так: соберись, тряпка, отложи уже в строну Бруно и Фулканелли и проведи, наконец, ревизию оснований своего мышления.

Вот я дико извиняюсь за такое выражение, но проще не получается. На самом деле не сложно, сейчас объясню. Это как бы аксиоматика, на которой мы строим весь свой процесс познания, реакции и действия. Параллельные прямые не пересекаются, это тоже аксиома из школьной геометрии, но вот зачем нам надо это знать? Зачем нам вообще знать что-то, кроме курса валют и тысячи и одного способа манипуляций по Карнеги? Аксиома ценности знания, ценности познавательного процесса, как самого прекрасного, что нам дано в ощущении, — та искра, которая заводит весь мотор активного мышления; ПНС рассыпал эти искры вокруг себя в изобилии.

Конечно, сапиенсы мыслили и предавались познанию и до и вне чтения Стругацких; тот, кто изобрел колесо и стал наблюдать за движением звезд, тоже их не читал. Но у каждого из нас существует свой момент включения, своя точка невозврата, пройдя которую, мы уже никогда не становимся такими, как раньше.

Боюсь говорить за других, — хотя точно знаю, что многие и многие разделяют со мной это переживание – но моя первая точка невозврата, главная и незабываемая – это «Понедельник начинается в субботу».

Сколько раз мы его перечитывали в детстве, сколько раз в студенчестве, потом вместе с собственными детьми – моя дочь сплошь и рядом говорит цитатами оттуда, — но только сейчас осознаю в кристальной ясности, что всю свою жизнь правлю по ПНС, что все мои ценности вырастают оттуда.

- Работать интереснее, чем развлекаться

- Можно быть антропоцентристом и гордиться этим

- Решать имеет смысл только нерешаемые задачи

- Чрезмерно заботясь о материальном, человек деградирует в полуживотное

Вообще-то список можно продолжить, но хватит этих четырех китов, что определили мою жизнь раз и навсегда. Я всегда думала, что мне невероятно повезло в жизни и что я очень счастливый человек, но вот теперь вижу, что не в счастье дело, а в удачно выбранных основаниях.

Занимаясь историей мысли, — и отвлекаясь попутно на самые восхитительные в своей нетривиальности работы – я искала до тех пор, пока не нашла школу, отвечающую всем четырем аксиоматическим для меня критериям из ПНС. Сама удивилась, но это оказалась кембриджская школа неоплатонизма, — более того, именно из нее вырастает весь сегодняшний европейский мир. То есть рамки того течения несколько шире, чем только Кембмридж 17 века и только возрожденческий неоплатонизм (единственная в старой Европе философия знания, ставящая человека в центр онтологии), но не буду сейчас отвлекаться на дополнительные имена и направления, — так или иначе, оптика, заданная ПНС, дала стимул к такой работе, которая неизбежно делает жизнь осмысленной. Нисколько не сомневаюсь, что с этим стимулом и в такой проекции можно заниматься тысячью разных дел; главное, целостность основания и энтузиазм гарантированы всегда.

Мы все понимаем, что когда наше поколение, воспитанное на таких идеалах, столкнулось с удушающей нас идеей рынка и потребления, нам оказалось довольно-таки сложно сохранять себе верность. И что? И ничего, выросло новое поколение, не напуганное собственной неприспособленностью, но возвращающееся к той же схеме, в которой работать интереснее, чем развлекаться, человек – мера всех вещей, а потребление не может сделать кадавров из тех, кто кадавром быть не хочет.

Потрясающе интересно наблюдать, как идеал клерка и менеджера тает в своей значимости, и люди с чистыми, ни разу не бритыми ушами потихоньку опять начинают объединяться, чтобы вернуться к тому, на чем мы были прерваны.

Мне трудно сказать, как бы эти процессы проходили внутри нас, если бы ПНС не стало своеобразным законом, каноном и внутренней конституцией нашей группы (даже считая, что не все одинаково любят эту вещь, настроение, сформированное ею, передавалось, как вирус в определенном кругу). И тем не менее – чем больше я наблюдаю, тем сильнее моя уверенность, что Понедельник сыграл свою роль в нашем становлении гораздо серьезнее, чем мы сами замечали.

Прямо как розенкрейцерские манифесты 1614 и 1617 годов, взорвавшие мозг современников новым подходом к науке – так и напишут потом, через несколько веков, исследователи: «Влияние творчества Стругацких на эволюционный скачок, которому мы обязаны нашим всем» ))

Но это уже будет совсем другая история.

Barrell, 2 сентября 2019 г.

«Каждому овощу свой срок!»

Сейчас я навлеку на себя гнев всего литературного сообщества этого сайта, но всё равно напишу честно, о своих реальных ощущениях, несмотря на личности и авторитеты.

До сегодняшнего дня я не читал ни разу «Понедельник…». Эта книга была в страшном дефиците, очередь в библиотеке года на два, а интернета не было. Случайно «на развале» купил старое классическое издание 79-го года и возрадовался! И…

…и радость перешла в удивление, потом в растерянность, а потом в раздвоение сознания и разочарование. Я родился и вырос в «то время» и в «той среде», я даже успел пару лет поработать «ещё в тех НИИ», помню ту атмосферу, те разговоры. Конечно, шестидесятники и семидесятники узнавали в героях книги себя, своих руководителей и коллег. Эстетская ирония и лёгкий стёб авторов придавали пикантности. Интеллигентная сатира не могла не вызвать всеобщего научного признания на фоне тотального официоза и монументальности соцреализма. Но сейчас всего этого нет! Нет тех НИИ, нет тех учёных, нет того образования, нет той страны! И тех, кто это помнил тоже почти не осталось! Потому и раздвоение сознания: «неужели это всё когда-то было и было интересно» и «этого больше никогда не может быть».

Прошло 50 лет и книга осталась просто памятником ушедшей эпохи! Но читать её НЕЗАЧЕМ. Там есть только ностальгия по детству и нет ничего интересного для современного читателя! «Бородатые приколы», отсутствие интриги, отсутствия действия, отсутствие развития сюжета и характера персонажей. Социально-бытовая философия, нагромождения научных, исторических, литературных терминов. А для чего? Что в итоге? А всё для того, что бы показать свою белую интеллигентскую кость: юморок для избранных, надсистемная издёвка, истерический хохот профессора математики над неправильно написанным интегральным уравнением. Но это было вкусно тогда, 50 лет назад!

А сейчас я еле дочитал. Спасибо замечательным иллюстрациям художника Мигунова. Вот уж они действительно пережили время. И спасибо х/ф «Чародеи», который ругали за несоответствие канону, а в итоге уже сорок лет с удовольствием смотрят. А потому что Бромберг добился от Стругацких написать историю с понятными, естественными человеческими отношениями: любовь, ненависть, зависть, дружба. И сказочно-научный антураж заиграл другими красками! И социальная сатира перешла с местечкового уровня на общечеловеческий. Появилось сопереживание, а не хихиканье. И всё-таки я жалею. что не прочитал «Понедельник. » в семидесятых.

Отец когда-то давно говорил, что «12 стульев» и «Золотой телёнок» — настольная книга интеллигента. Про «Понедельник…» друзья-коллеги говорили тоже самое. ИМХО, при всём моём уважении к Стругацким…нет. Каждому овощу свой срок!

Artyreader, 19 сентября 2017 г.

Книжку эту мне подарили на Новый 2000 год. Любовь к ней я впитал от мамы, а мама рассказывала, что «Понедельник. » входил в число любимых книг и у её мамы. Такое вот «наследственное» произведение. Оказавшее немалое влияние на жизнь. Так, я в возрасте 9 лет впитал, что программисты — это люди, которые занимаются по утрам йогой, а на работе — магией. И проникся уважением к этой профессии.

Книга эта заложила основы юмористической фантастики, и доселе я не видел столь же удачного выступления русскоязычных авторов в этом жанре. Ибо, кроме собственно юмора и фантастики, в книге поднимаются вопросы нравственные и философские. В каждой из трёх частей имеется специфическое явление, вокруг которого возникает сюжетная Суета.

К читателю обращена и сценка, где главный герой пытается практиковать материализацию предметов. Описанное напоминает картину Гойи «Сон разума рождает чудовищ» и подсказывает, что отсутствие собранности ума и неполное знание о сути вещей ведут к вредным и разрушительным последствиям. Потому-то славный институт НИИЧАВО располагается не в центре Москвы, а в глухой русской провинции, где перетекание быта в сказку не нарушает социальной среды слишком сильно и, к примеру, провоз Змея Горыныча по улице относительно безопасен, а «баба-яга» платит членские взносы.

Однако же, когда это милое и доброе, отдающее духом советской киносказки произведение попытались экранизировать, получилось очень плохо и бездушно. Видимо, где-то вмешался Выбегалло, который в НИИЧАВО является наиболее известной в СМИ персоной.

Соприкосновение с «жестоким миром» в этой сказке возможно лишь в «описываемом будущем», посредством некоторой Железной Стены. За которой все ваши пять чувств будут травмированы одновременно. Описываемое будущее наступило, товарищи, и мы, кажется, ненароком забрели за эту стену. А «описываемое настоящее» при этом авторы упомянули совсем уж осторожно: ведь, как сказал в самом конце мудрый директор, каждый наш поступок творит один из вариантов будущего.

Mishel78, 1 сентября 2019 г.

Одно из самых запоминающихся произведений, которое было мной прочитано. Я бы даже сказал, что «Понедельник начинается в субботу» — это по-настоящему волшебная повесть для читателей всех возрастов.

Так получилось, что с творчеством Стругацких я начал знакомиться совсем недавно. И долго не решался прочитать именно эту повесть. А виной тому — фильм «Чародеи», который создан по мотивам этой повести. Подумав, что повесть будет таким же водевилем, откладывал прочтение в долгий ящик. Но я очень рад, что ошибся! Ибо эта повесть к фильму не имеет никакого отношения, кроме НИИ ЧАВО.

Начав читать первую часть, в которой главный герой — программист Привалов попадает в некое подобие Лукоморья на современный лад, мне показалось, что вся повесть и будет некой издёвкой над сказочными персонажами, которые по прихоти авторов попали в советскую реальность 60-х годов и приспособились, кто как. Но и здесь я ошибся.

Во второй части Александр Привалов становится действующим сотрудником НИИ Чародейства и Волшебства. Неудивительно, что институт называется именно так. Повесть была написана в середине 60-х, когда человек уже вовсю покорял космическое пространство, а потому до настоящих чудес, казалось, рукой подать! И вот все знания человечества, накопленные за предыдущие тысячелетия, в том числе и мифологические, идут на пользу прогрессу. А какие колоритные персонажи работают в этом НИИ? Янус Полуэктович Невструев (в двух обличиях: А-Янус и У-янус (администратор и учёный, соответственно)) чего стоит! А есть ещё Мерлин и Амвросий Выбегалло и даже гномы и ведьмы. Хотя, в этой части полно и сатиры на вообще учёную общественность, где есть талантливые рационализаторы и дилетанты, только и думающие о своей карьере, бюрократические проволочки и дух открытий, ради которых хочется творить и работать. Лично я очень даже завидовал Привалову, что он работает в таком интересном месте, где каждый учёный — маг и чародей.

Ну и третья часть, которая запомнилась во- первых: путешествием на машине времени в будущее, в котором были гротескно показаны многие фантастические жанры: утопии и антиутопии, производственные романы о покорении космоса и самое уморительное: пародия на американские фантастические боевики. Беседа Привалова с американским суперменом на английском языке — верх остроумия. А во-вторых, в данной части показано, как работает в учёной среде мозговой штурм, чтобы решить проблему временных парадоксов, которая является сюжетным стержнем финала повести.

В общем, повесть «Понедельник начинается в субботу» способна развлечь, вдохновить, задуматься и сполна показать все грани авторского таланта братьев Стругацких. И мне бы очень хотелось, как и авторам, чтобы у каждого человека была работа по душе, чтобы понедельник начинался в субботу.

Groucho Marx, 18 марта 2016 г.

Замечательная повесть, культовая книга интеллигенции времён моего детства, превратилась в литературный памятник.

Увы, это так. Людям, родившимся после 1975 года, она не может быть понятна в принципе, а многих, к тому же, ещё и раздражает.

«Понедельник начинается в субботу» — книга о людях начала шестидесятых годов, опьянённых «глотком свободы», уверенных, что «бывает всё на свете хорошо», что «на Марсе будут яблони цвести», а в каждом доме будет подключение к «линии доставки» продуктов и вещей — чтобы не тратить драгоценное время на хождение по магазинам, а всецело отдаваться творчеству.

Стругацкие в метафорической форме изобразили переход от современного им хрущёвского построения «социализма с человеческим лицом» к коммунизму, который предполагался уже через поколение — когда подрастут дети, первое незапуганное советское поколение. Когда повесть писалась, она была не такой уж фантастической, и Стругацкие с наслаждением насыщали её множеством реалистических деталей. Например, описание райцентра Соловца, с болгарским фильм, уже сошедшим с экранов больших городов, с позавчерашней «Правдой» в киоске и с пушкой 18 века, врытой на перекрёстке вверх дулом, это описание фотографически точно. Уже в середине 70-х годов, спустя пятнадцать лет после опубликования повести, на меня в таких городках накатывало ощущение дежа-вю — всё было в точности таким, как у Стругацких, вплоть до суровых старух на лавочках и переулков, заросших лопухом и крапивой.

«Понедельник начинается в субботу» — прекрасная повесть, точно уловившая атмосферу своего времени. В советском кино аналогом «Понедельника» может быть новелла «Наваждение» из «Операции Ы» Леонида Гайдая — такой же восторг от ощущения безграничных возможностей и стремительного полёта в будущее.

Но. Уже в момент публикации повести реальность вокруг неё начала меняться. Пришлось убирать из текста Президента Академии Наук СССР Келдыша, выбрасывать наиболее ехидные шуточки в адрес сталинистов и националистов, вообще, всячески притормаживать. Хрущева убрали, в СССР воцарился «красивый молдаванин» Леонид Брежнев, которому на «постороение коммунизма» было нас..ть с высокой горки, и Стругацким пришлось писать продолжение «Понедельника» — «Сказку о Тройке», в которой заметно побледневшие энтузиасты сталкиваются с сталинизмом, который, оказывается, никуда не уходил, а пережидал в сторонке, с характерным прищуром покуривая «Герцеговину-Флор».

Когда в середине 60-х, уже в золотые брежневские времена, на ТВ экранизировали «Понедельник», Стругацкие пришли в ярость — их любимых героев-идеалистов превратили в довольно практичных хамов, способных приспособиться к любой ситуации. Но настоящий позор был впереди — «Сказка о Тройке» оказалась слишком радикальной для новых времён, её пришлось переписывать практически полностью, но и переписанный, ухудшенный и оглупённый вариант оказался неприемлем для новых времён — журнал со «Сказкой» изымали из библиотек по распроряжению «товарищей камноедовых». Но и это был ещё не финал — в начале 80-х был поставлен совершенно провальный, тупой фильм с отвратительно играющими актёрами, фильм «по мотивам» повести Стругацких, в котором вообще ни следа не осталось от социального оптимизма и интеллектуального веселья. НИИЧАВО преобразился в НУИНУ, в стоящее посреди занеженной пустыми безликое казённое здание, по коридорам которого шмыгала юркая нечисть, а наукой не пахло вовсе. При этом, институтом НУИНУ руководила дама, являвшаяся интеллектуальным двойником профессора Выбегалло. А что? Вполне реалистическое изображение советского НИИ, трансформировавшегося из исследовательного института в контору для обтяпывания личных делишек.

Но даже тогда всё же кое у кого оставалась память о том, какими были времена «Понедельника». Поэтому в 90-е было предпринято «комментирование» этой повести силами новых русских неонацистов, типа Переслегина. Заодно самым одиозным новым российским фантастам было предложено плюнуть в повесть в серии антологии «Времена Учеников». Ну чтож, кое-кто и в самом деле плюнул.

На этом живая жизнь повести «Понедельник начинается в субботу» была закончена. «Понедельник» у нового поколения почти в обязательном порядке вызывает непонимание, раздражение и отторжение. Психологически это понятно. Ведь два последних поколения россиян на фоне героев «Понедельника» выглядят подлецами и интеллектуальными ничтожествами.

По сути, Стругацкие в своей повести блистательно высмеяли как раз тот идеал, к которому стремится современный россиянин. Может ли современный читатель простить Стругацким насмешни над ним, прекрасным и гордым, вставшим с колен, дотянувшемся до всех материальных ценностей, свернувшим пространство и попытавшемся остановить время? Да ни в жизнь! Для обычного российского читателя это слишком обидно. Поэтому, если он и читает «Понедельник», то, исключительно как «сказку». Ему неинтересно и неприятно читать эту повесть, она раздражает.

s-iron, 1 июня 2020 г.

Книга просто гениальная! Она вполне может служить тестом на креативность мышления и жизненную позицию. В свое время в КБ мы шутили, что хорошим инженером или программистом может быть только человек, восторгающийся этим произведением. Был случай, когда молодому специалисту при собеседовании первым вопросом задали: «А ты зубом не цыкаешь?» И, когда он ответил, что Нина Киевна может быть спокойна, его больше ни о чем не спрашивали. Не пожалели — он стал ведущим года за 4, хотя положено было лет 12 двигаться!

И какое было разочарование, когда после изумительной книги посмотрел «по мотивам» убогую комедию «Чародеи», которую едва-едва вытащили замечательные актеры!

feel it still, 17 июня 2018 г.

Хотя мы далеки от НИИ шестидесятых примерно так же, как и от полётов к Плутону, оценить эту прекрасную повесть может каждый, кто хоть немного ориентируется в истории нашей страны. Атмосфера того времени передана, на мой взгляд, очень здорово. Показан и энтузиазм увлечённых своим делом молодых учёных, и рвачество приспособленцев от науки, и спокойная уверенность маститых профессионалов, и всё это подано так уютно и с такой любовью, что невозможно не стать фанатом этого тесного мирка. Плюс прекрасный язык, мягкий юмор, тонкая сатира — в общем, решительно обожаю.

Angvat, 30 ноября 2017 г.

Ох, детушки, а и было это давно. В те времена дивные, когда люди и правда в новый год и выходные на работу рвались, а не на кооперативы, тьфу , корпоративы. Да нет, это не наказание это было, а праздник. Энтузиазма. Да хорошее это слово, не ругательное. А еще конкурсы самодеятельности всякие, вот. И ходили на них опять-таки из энтузиазма, а не из под-палки. Да честно говорю вам, было такое время, дед ваш ничего не выдумал. И маразм не впал. Были, говорю вам. Да мало что ноне по телевизору говорят, от него, говорят, мозг разжижается и через уши вытекает. Так что вы его не слушайте, вы деда слушайте.

Время, значит, было чудное. Впрочем, и тогда не все гладко был. Вон, старый мой приятель Каин поди до сих пор асфальт порой сперва заливает, а потом ломает. А начальники всякие и тогда дичь всякую творили ради красивых циферок в отчете. Безалаберность. Безалаберность никогда не меняется.

И значит, написали вот тогда братья-писатели сказку про эти самые времена дивные. Не сильно закрученную, но задорную и веселую. Но вот, как ни жаль деду, испытания времен не совсем прошедшую. Пытался дед ваш в свое время читать сказку эту поколению помладше, а ему там сказывали, что и сюжетная линия тут так себе, и имена странные (Кристобаль, видите ли, наш Хунта им не приглянулся), а после Мерлина, что погоду предсказывает в НИИ, вообще заявили, что, мол, кабы не фамилия на обложке, то подумали бы, что фанфик это чей-то, а не книга ладных сказочников. Разве что машинка, что летает по выдуманным мирам, и правда штукой вневременной оказалась, простой, понятной, и до сих пор актуальной.

Так что книга эта нынче не для всех и каждого. Каждому времени – свои сказки. Но кому надо, тот поймет. Вон дед ваш в те времена тоже не жил, да, я еще не такой старый. Но понять людей, что тогда творили, трудились и верили в светлое будущее (хоть сам дед в него не верил никогда), может. Они и сейчас есть, те, кто понедельник в субботу начинает. Только их хорошо искать надо.