Как в Беларуси следят за радиационным фоном?

Каждые десять минут – обновлённая информация. Любое изменение радиационных показателей специалисты видят сразу же. В случае опасности система подаст тревожный сигнал.

Несмотря на то, что по закону «чернобыльскими» считаются не все области Беларуси, специалисты следят за радиационным фоном во всех уголках страны. Ведь, во-первых, последствия аварии затронули все регионы Беларуси, а следы её заметны по всей Европе. А, во-вторых, в соседних странах возле границ Беларуси расположены четыре атомные электростанции, которые могут воздействовать на радиационную обстановку в нашей стране.

Специалисты следят за радиационной обстановкой в Беларуси 24 часа в сутки семь дней в неделю

Основная организация, которая отслеживает радиационный фон в Беларуси, – Республиканский центр по гидрометеорологии, контролю радиоактивного загрязнения и мониторингу окружающей среды Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Республики Беларусь (Гидромет). Здесь работает служба радиационно-экологического мониторинга, специалисты которой следят за радиационной обстановкой в Беларуси 24 часа в сутки семь дней в неделю. Наблюдения включают контроль естественного радиационного фона на чистых и загрязнённых из-за аварии на ЧАЭС зонах, а также на территориях, находящихся в зонах влияния АЭС соседних стран: Смоленская – в России, Чернобыльская и Ровенская – в Украине, Игналинская – в Литве. Основной показатель, который отслеживают специалисты, – мощность дозы гамма-излучения.

– Данные оперативного контроля мы получаем с помощью автоматизированных систем радиационного контроля, в которых установлены датчики Гейгера-Мюллера. Их четыре, они работают в зонах влияния всех АЭС, которые находятся недалеко от границ Беларуси. По всей Беларуси равномерно расположено ещё 45 стационарных пунктов, где работают люди с дозиметрами, – рассказала начальник отдела реагирования на чрезвычайные ситуации Республиканского центра по гидрометеорологии, контролю радиоактивного загрязнения и мониторингу окружающей среды Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Алла Шайбак.

На загрязнённых после аварии на ЧАЭС территориях специалисты также контролируют атмосферный воздух, поверхностные воды и почву.

Воздух исследуют двумя способами: отбирают пробы радиоактивных выпадений из атмосферы и берут пробы радиоактивных аэрозолей. Для первого метода есть 27 пунктов наблюдений. Там измеряют, сколько в сутки выпадает радионуклидов на горизонтальный планшет в кубический метр. Марлю с планшета меняют каждый день и в лабораториях исследуют её: измеряют содержание радионуклидов и суммарную бета-активность.

Для измерения радиоактивных аэрозолей используют фильтро-вентиляционные установки в семи пунктах наблюдений: Мстиславле, Могилёве, Минске, Гомеле, Пинске, Браславе и Мозыре. Для этого прокачивают большие объёмы воздуха на ткань Петрянова, затем её вынимают и в лабораториях измеряют по ней содержание радионуклидов.

Содержание радионуклидов контролируют в реках Днепр, Припять, Сож, Беседь, Ипуть, Нижняя Брагинка и в озере Дрисвяты. Как рассказала начальник отдела научно-исследовательских работ и радиационно-экологического мониторинга Республиканского центра по гидрометеорологии, контролю радиоактивного загрязнения и мониторингу окружающей среды Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Ольга Жукова, проблемы есть только в Нижней Брагинке, где отмечено повышенное содержание стронция-90.

Карта загрязнения территории Беларуси цезием-137 (по состоянию на 2015 г.). Рассмотреть ближе (нажмите + в верхнем правом углу)

На «чернобыльских» территориях берут пробы на четыре радионуклида: цезий-137, стронций-90, америций-241 и плутоний-238, 239, 240. Это те элементы, которые попали в окружающую среду после аварии на ЧАЭС. Во время происшествия произошёл выброс ещё и йода-131, но период его полураспада — 8 дней, поэтому его следов давно нет.

– Пять лет назад, после взрыва на Фукусиме, радионуклиды добрались и до нас. Об этом говорят данные приборов, точно уловивших тогда нечернобыльские элементы, – рассказывает Ольга Жукова. – Это был единственный случай после аварии на ЧАЭС, когда в Беларуси зафиксировали короткоживущие радионуклиды, в том числе йод-131. Их наличие помогает понять, что выброс элементов произошёл недавно. В Беларуси содержание таких радионуклидов измеряется каждый день в районах, близких к работающим станциям.

– После чернобыльской аварии мы ни разу не видели, чтобы короткоживущие радионуклиды были зафиксированы. Наша сеть мониторинга сработала хорошо, и на всех семи пунктах наблюдений зафиксировали йод-131, а также цезий-134 и цезий-137 нечернобыльского происхождения. Соотношение последних двух элементов было не таким, как в 1986 году. Это сразу дало понять, что источник радионуклидов другой, – рассказала Ольга Жукова.

– Опасных последствий взрыва на Фукусиме для белорусов не было, потому что до нас дошли только далёкие отголоски радиоактивных элементов. Только благодаря современным высокочувствительным полупроводниковым гамма-спектрометрам белорусские специалисты зафиксировали это излучение. Если бы сейчас пользовались тем оборудованием, какое было до чернобыльской аварии, таких низких уровней радиоактивного загрязнения мы не смогли бы зафиксировать, – признаётся Ольга Жукова.

Приборы засекли увеличение фона и во время прошлогодних пожаров на чернобыльской территории.

– Во время лесных пожаров в 10-километровой зоне в Украине и в 30-километровой зоне Полесского государственного радиационно-экологического заповедника на территории Беларуси мы зафиксировали в воздухе повышенное содержание цезия-137 чернобыльского происхождения. Пробы аэрозолей отбирали с помощью передвижной фильтро-вентиляционной установки. Она помогает оперативно оценить уровень загрязнения в месте, близком к эпицентру пожара. Пригодилась она и в конце августа 2015 года, когда горели Ольмаские болота в Брестской области. В Пинске среднемесячное значение объёмной активности цезия-137 составило 3,0•10-5 Бк/м 3 , что превысило фоновые значения для этого пункта наблюдения в шесть раз, – рассказала Ольга Жукова.

Гидромет имеет не только стационарные, но и передвижные станции.

Такие мобильные лаборатории могут выехать в любую точку Беларуси, чтобы провести все необходимые измерения.

По разные стороны Беларуси недалеко от границы расположено четыре АЭС, так или иначе влияющих на радиационную обстановку в нашей стране. Специалисты контролируют 100-километровую зону вокруг каждой из них. Это так называемые зоны воздействия АЭС. Сейчас в непосредственной близости от Беларуси работает две атомные электростанции – в Ровно и Смоленске. Игналинская АЭС с 2009 года не производит энергию, сейчас её выводят из эксплуатации. Однако это не значит, что опасности она теперь не представляет.

– Возле Игналинской АЭС строится промежуточное хранилище отработавшего ядерного топлива, хранилище низкоуровневых и среднеуровневых радиактивых отходов и ещё несколько хранилищ отходов, которые несут опасность. Не дай Бог, теракт или другое происшествие… От АЭС до белорусской границы – три с половиной километра по зеркалу воды. Новую литовскую АЭС собираются строить и того ближе, —– рассказала Ольга Жукова.

Другая проблема: радионуклиды попадают в озеро Дрисвяты, которое находится на границе двух стран. Большая часть радионуклидов – тяжёлые, потому сразу оседают на дно. Однако с активным слоем донных отложений они могут мигрировать на белорусскую часть озера.

В районе строящейся Островецкой атомной электростанции Гидромет уже проводит радиационный мониторинг атмосферного воздуха, поверхностных вод и почвы. Подготовлена программа радиационного мониторинга, выбраны пункты наблюдений, определена их периодичность, проводятся измерения радионуклидов в объектах окружающей среды. Собираться данные о радиационном фоне вокруг белорусской АЭС будут тоже в Гидромете.

Информация с пунктов контроля по всей Беларуси поступает на экран инженера отдела реагирования на чрезвычайные ситуации каждые 10 минут. Здесь в режиме онлайн на карте можно увидеть показатели со всех пунктов измерений автоматизированных систем контроля. В этом отделе работает семь человек, основная задача которых – оперативно контролировать радиационную обстановку на территории Беларуси.

Фото Надежды Дубовской

Как рассказала Алла Шайбак, в случае какого-то происшествия первым информацию об изменении фона увидит дежурный инженер, а в точках автоматического контроля сработают световые и звуковые сигналы. Данные обязательно проверят, причём, не только с помощью автоматики. В стационарных пунктах контроля специалисты с приборами могут уточнить информацию. Сделают это и в МЧС. Это министерство — основной коллега Гидромета в случае чрезвычайного происшествия. Далее все системы переходят в усиленный режим работы, а специалисты МЧС и Гидромета оперативно выезжают в район, где случилась такая ситуация. Могут спрогнозировать специалисты и возможную зону распространения загрязнения, базируясь на реальных метеорологических данных. Вся информация об уровне радиации и о метеорологической обстановке передаётся в МЧС, и уже оно принимает решение об оповещении населения.

Многие хотят обезопасить себя и пробуют самостоятельно измерять радиационный фон. Алла Шайбак говорит, что это не имеет смысла, ведь достоверность измерения зависит от качества прибора, которым бытовые дозиметры часто не могут похвастаться.

– Бытовые дозиметры часто приводят к панике. Они могут как завышать значения гамма-фона, так и занижать их. Бывают элементарные сбои: если батарейка разрядилась, дозиметр уже зашкаливает. Все приборы, работающие на службе Гидромета, поверяются раз в год и работают точно. Качества работы бытового дозиметра не может обещать никто, – отмечает специалист. – Данные о радиационном фоне не секретны. В местах автоматизированных станций есть табло, где местное население может видеть актуальную информацию. Мы регулярно публикуем их на своём сайте, есть эта информация на сайте Минприроды, отправляется и в СМИ.