. надеюсь на коронацию: повешенные повешены; но каторга 120 друзей, братьев, товарищей ужасна

24 июля 1710http://www.peterburg-gid.ru/goroda.php?gorod=2…Эта территория издавна входила в состав Древнерусского государства. В XII веке этот край именовался "Ижорской землей Господина Великого Новгорода". В XVII веке "Ижорская земля " была оккупирована шведами. Возвращение России этих территорий началось в результате побед, одержанных в начале Северной войны в 1702 году. На месте будущего Царского Села находилась небольшая усадьба — Saris hoff, Saaris moisio ("мыза на возвышенном месте"), а по-русски Сарская мыза, обозначенная на шведских картах XVII столетия. Сначала Сарская мыза была подарена генерал-губернатору освобожденного края А. Д. Меньшикову, а затем 24 июля 1710 года по приказу Петра I мыза была "отписана" его будущей жене Екатерине Алексеевне и включена в разряд дворцовых земель (официальное бракосочетание Петра I состоялось в феврале 1712 г). В 1710-1720 гг. на месте усадьбы появляется загородная царская резиденция. Вокруг нее возникают русские деревни. В 1719-1720 гг. близ мызы на территории будущего города появляется слобода дворцовых служителей, и проводятся мероприятия по упорядочению ее планировки и застройки. Сарскую мызу стали называть Сарским Селом, а с началом дворцового строительства оно превратилось в Царское Село. На протяжении двух веков Царское Село считалось летней Парадной императорской резиденцией, строительство которой имело государственное значение и велось в течение ряда лет при участии правительственных ведомств. С 1811 по 1843 гг. здесь находился Царскосельский императорский лицей, в котором воспитывался А. С. Пушкин. После октябрьской революции дворцово-парковый ансамбль был превращен в музей, а лучшие дома города заняли учебно-воспитательные и оздоровительные учреждения. В связи с этим в 1918 году город был переименован в Детское Село. В 1937 году в столетнюю годовщину со дня трагической гибели А. С. Пушкина город получил его современное название. В январе 1983 года решением Совета Министров РСФСР дворцы и парки г. Пушкина получили статус заповедника, который в 1990 году назван Государственным музеем-заповедником "Царское Село".

24 июля 1823http://www.vestnik.com/issues/1999/0608/win/balan.htm…Можно предположить, что прощание с Воронцовой было теплым, и поэт его воспринял как проявление сочувствия и симпатии. Несомненно к ее отъезду относится этот незаконченный отрывок "Кораблю" : Морей красавец окрыленный, Тебя зову - плыви, плыви, И сохрани залог бесценный Мольбам, надеждам и любви.

Вот строчки о детях обожаемой женщины:

Пусть услышит О милых счастливую весть.

Вернулась Елизавета Ксаверьевна 24 июля, гости остались в Крыму, муж отправился в служебную поездку. Пушкин в эти же дни получает отставку и предписание: 30 июля немедленно выехать в Михайловское. Графиня тоже должна была уехать - в Белую Церковь, к детям и матери. Последнюю неделю июля Пушкин и Воронцова находились в Одессе без соперников. Не было помех свиданиям. Для этого совсем не нужно было искать уединения в "приюте любви, пещере, прохлады полной". Некоторые исследователи в этом описании, чисто романтических строчках, видели место их встреч. Как могла туда добраться губернаторша? В карете? На виду всего города? Все было проще. Если было. Своего следующего ребенка, Софью, Воронцова родила не через 9 месяцев после их встреч, а через 8. Судьба, как нарочно, скрыла тайну. Пушкин считал девочку своей дочерью. Супруг долго не признавал ребенка, ведь была она - внучка белокурого поляка и англизированного росса - брюнеткой, чертами лица походила на младшую дочь Пушкина - Наталью. Но Раевский был тоже брюнет, в его жилах текла греческая кровь. В отличие от желчного Раевского, Пушкин свято хранил тайну. Свидетельница этих дней - В.Ф.Вяземская писала мужу после отъезда обоих: "Все это очень целомудренно". Важный штрих: "И серьезно только с его стороны".Воронцова была среди тех женщин Пушкина, правду отношений с которыми он спрятал в тайниках сердца. Таковы Д.Фикельмон, П.Осипова. Бывал он нескромен в этом отношении. Но только тогда, когда огласка не могла ухудшить репутацию женщины (А.Керн, А.Закревская).Пушкин тщательно зашифровал подробности отношений с Воронцовой, уничтожил письма. Но был человек, которому он открылся - невеста Наталья Николаевна. Он пошел под венец исповеданным и прощенным. Через их старшего сына Александра слух дошел до наших дней. Но правду знала одна Воронцова. Час разлуки пришел скоро….

24 июля 1824http://www.druzhnikov.com/text/rass/usnik/4.htmlА он влюблен в Воронцову и называет Вяземскую доброй и милой бабой, прибавляя при этом, что мужу был бы рад больше (Х.74). Будучи влюблена, княгиня Вера завидует Воронцовой, томится в одиночестве и обижена на мужа, что тот не хочет к ней приехать. 14 июня Воронцова уехала в Крым и вернулась 24 июля. Это были неприятные для Пушкина сорок дней. Зато Вяземская избавилась от конкурентки и получила Пушкина в свое полное распоряжение. Рассерженный на Воронцову и одинокий, он нашел в княгине Вере добрую подругу. Его вообще привлекали женщины старше него. Вера не хочет потерять его. Согласно договоренности, в условленное место ночью должна подойти лодка с гребцами-контрабандистами, которые доставят беглеца на корабль. Там сразу поднимут паруса и уйдут в открытое море. Место согласовано. Это пещера у моря, возле дачи Рено. Лодка может причалить у самого грота: вход в него не виден со стороны суши. Остается решить вопрос с деньгами. Вяземская только что получила от мужа 6 тысяч рублей, из которых она теперь дала Пушкину 1260. Часть этих денег Пушкин сразу же роздал, в том числе извозчикам, которые давно ворчали, что он ездит в кредит. В день, когда Пушкин идет в оперу, он берет у Веры еще 600 рублей, с тем, что ей после вернет его карточный должник. Долг этот, своевременно должником не выплаченный, Вяземская и потом будет отказываться принять от Пушкина. Затем она тратит еще сто рублей, покупая Пушкину вещи, необходимые в дороге. Она надевает ему на указательный палец золотой перстень и показывает свою руку: у нее точно такой же перстень, с восемью углами сердолик, розовато-красный и кажущийся темным в лунном свете. Позже Пушкин нарисует свою руку с этим талисманом. Перстни и на расстоянии должны сохранять между ними незримую связь. Надпись на них, сделанная на иврите, как печать, зеркально, мало что объясняет: «Симха, сын почтенного раввина Иосифа-старшего, да благословенна о нем память». Откуда они к Воронцовой попали? Знала ли она историю этой пары древних перстней? Перстень с древнееврейской надписью на руке Пушкина был символом исхода. Не случайно тема рабства иудеев и бегства их из Египта не раз обращала на себя внимание Пушкина. И вот с надетым на руку иудейским перстнем, который оба они целовали, он, полурусский-полуафриканец по крови и француз по душе, взваливал на себя тяжкую судьбу беглеца. Когда подымет океан Вокруг меня валы ревучи, Когда грозою грянут тучи - Храни меня, мой талисман. Сестра Пушкина Ольга позже рассказывала Анненкову, что, получая письма с такою же печатью, как на его пальце, Пушкин запирался в своей комнате, не выходил и не принимал никого. И даже когда Пушкин терял веру в себя и говорил: «Прощай, надежда, спи, желанье», он при этом прибавлял: «Храни меня, мой талисман» . Снял перстень на память с мертвой руки поэта Жуковский. Перстень перешел по наследству сыну Жуковского, который подарил его Ивану Тургеневу. В 1880 году Тургенев демонстрировал перстень на Московской пушкинской выставке; там обратились к московскому старшему раввину и тот перевел, хотя и неточно, надпись. Тургенев завещал перстень Полине Виардо, а Виардо подарила его Пушкинскому музею, откуда его украли.

Кораблюhttp://dr-asp.chat.ru/poushkin.htmМорей красавец окриленный! Тебя зову - плыви, плыви И сохрани залог бесценный Мольбам, надеждам и любви. Ты, ветер, утренним дыханьем Счастливый парус напрягай Волны внезапным колыханьем Ее груди не утомляй. А.С.Пушкин, Одесса, 24 июля 1824 года

24 июля 1826http://www.relga.rsu.ru/n29/cult29.htmоставлена помета: "Усл[ышал] о см[ерти] 25 [июля]". Это были тяжелые для Пушкина дни. Над ним висела непосредственная угроза ареста. 24 июля в Святые горы прибыл секретный агент А. К. Бошняк с заготовленным на всякий случай "открытым листом" для ареста Пушкина. Проведя негласное следствие, он 25 июля отпустил фельдъегеря Блинкова, на имя которого был выдан этот лист, в Петербург за неимением оснований для ареста поэта. 24 июля Пушкин пережил еще одно потрясение: он услышал о казни Рылеева, Пестеля, Муравьева, Каховского, Бестужева-Рюмина и сделал соответствующую помету под текстом упомянутой элегии. Все это, несомненно, определило ее тон. Печальное известие, всколыхнувшее былые воспоминания, еще резче обозначило нерушимую границу между прошлым и настоящим - моментом горького отрезвления, душевного ожесточения и бессильного гнева, в котором пребывал в эти дни поэт. "Младая тень" почившей возлюбленной оказалась в том, ином, времени: Но недоступная черта меж нами есть. Напрасно чувство возбуждал я: Из равнодушных уст я слышал смерти весть, И равнодушно ей внимал я.

http://feb-web.ru/feb/pushkin/serial/isb/isb-088-.htmПушкин узнал о казни только 24 июля, как это следует из зашифрованной записи под беловым автографом элегии на смерть Амалии Ризнич «Под небом голубым страны своей родной».7 Вот текст этой широко известной записи: «Уос. Р. П. М. К. Б: 24» («Услышал о смерти Рылеева, Пестеля, Муравьева-Апостола, Каховского, Бестужева 24 <июля 1826 года>»).8 Кто же из друзей, близких и знакомых Пушкина находился в это время в Петербурге? Были ли среди них очевидцы казни? В этот исторический для России момент за пределами Петербурга и даже страны оказались наиболее осведомленные из друзей поэта, близкие к официальным и придворным кругам: отбывший еще в мае 1826 г. за границу Жуковский и выехавший накануне казни из Петербурга А. И. Тургенев. В Берлине последний отметит в своем дневнике: «В пять часов утра 13 июля выехал я из Петербурга — в самый день казни!».9 Зато поблизости от столицы оказался Вяземский, приехавший в Петербург через два дня после смерти Н. М. Карамзина (22 мая 1826 г.) и вскоре уехавший вместе с его осиротевшей семьей на все лето в Ревель. Из числа ближайших друзей Пушкина Вяземский быстрее всех получил известие о страшной казни. 17 июля 1826 г. он сообщает жене из Ревеля: «Вчера получил я твои письма <. > Вместе же с этим получил я из Петербурга и печатные письма (т. е. «Северную пчелу» с известием о казни, — Р. И.), которые кровью облили мое сердце. Для меня Россия теперь опоганена, окровавлена, мне в ней душно, нестерпимо. Я не могу, не хочу жить спокойно на лобном месте».10 http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/LOTMAN/PUSHKIN/CHAPT04.HTM….Даже Пестель, делавший на следствии убийственно откровенные признания, рассчитывал, что мерой наказания может быть разжалование его в солдаты. Никто не знал ни мелкой мстительности Николая I, ни того, что 14 декабря заставило его пережить унизительные минуты страха. Этого он никогда не мог забыть и простить поверженным декабристам. Николай I в совершенстве изучил искусство величественности. Однако на самом деле это был человек, мучимый неуверенностью, мнительный, болезненно переживавший свою посредственность и мучительно завидовавший людям ярким, веселым, удачливым. Расправа с декабристами могла быть продиктована политическими соображениями, но в непонятной для современников мстительности, мелочном преследовании уже совершенно не опасных ему врагов крылось другое: император все еще завидовал этим когда-то блестящим, удачливым, ярким, насмешливым офицерам предшествующего царствования, при свете ума которых он, неодаренный, необразованный и неостроумный, уходил в непроницаемую тень. Николай Павлович знал, что его нельзя любить, - он хотел, чтобы его боялись. 24 июля Пушкин узнал о казни Рылеева, Пестеля, С. Муравьева-Апостола, Бестужева-Рюмина и Каховского. Казнь и каторжные приговоры потрясли Пушкина. В письме Вяземскому 14 августа 1826 года, посылая трагический отклик на слух о том, что Н. Тургенев выдан английскими властями и морем доставлен в Петербург (слух оказался ложным): . В наш гнусный век Седой Нептун Земли союзник. На всех стихиях человек Тиран, предатель или узник, -Пушкин добавлял: "Еще таки я все надеюсь на коронацию: повешенные повешены; но каторга 120 друзей, братьев, товарищей ужасна" (XIII, 290-291). Собственная участь была неизвестна. В ночь с 3 на 4 сентября 1826 года в Михайловское прискакал фельдъегерь с приказанием немедленно отправляться в Москву, где в это время находился в связи с коронацией Николай I. Приказано везти Пушкина "в своем экипаже свободно, не в виде арестанта", но сопровождение конвойного офицера было достаточно выразительным. Михайловская ссылка кончилась. Пушкин отправлялся в Москву на свидание с Николаем I.

http://lib.ru/PROZA/DRUZHNIKOV/p2_dosie.txtЭто был день возрожденных юношеских иллюзий. В это время поэт создает одно из самых известных своих стихотоворений -- "Пророк". Стихи легко прошли цензуру и были опубликованы. Многие биографы указывали, что стихи написаны до встречи с царем -- по дороге в Москву. Еще Сергей Соболевский отмечал: "Пророк" приехал в Москву в бумажнике Пушкина".М.Цявловский датировал "Пророка" неопределенно: 24 июля -- 3 сентября 1826. Б.Томашевский не связывал стихотворения с данным событием, однако датировал стихи 8 сентября 1826 года, то есть днем аудиенции. Распространено толкование, что у "Пророка" было революционное окончание и Пушкин намеревался дерзко вручить его царю в случае конфликта. Это маловероятно. В комментариях о конце стихотворения говорится: "Возможно, что здесь должны были следовать нецензурные стихи политического содержания".Если принять эту легенду, то поэт подготовил два варианта одного текста, так сказать, "за" и "против", смотря по ситуации. Легенда устойчивая, но вполне неправдоподобная, делающая из Пушкина некоего лихого полемиста с фигой в кармане. Принято также считать, что в основе стихотворения лежит библейский сюжет: поэты, как когда-то пророки, должны быть народными вождями и провидцами исторической народной судьбы. Против этого возражал о. Сергей Булгаков: "Для пушкинского "Пророка" нет прямого оригинала в Библии". Нам представляется, что стихотворение "Пророк" и верховная аудиенция связаны не только временем написания, но и внутренне. В содержании "Пророка" видится намек на то, что Пушкин написал его после пяти вечера, то есть после аудиенции, когда он вышел из Чудова монастыря окрыленным. Только тогда, получив благословение государя, он почувствовал себя свободным и, добавим, благодарным. В стихотворении всего тридцать строк, но для ясности перескажемих убогой прозой с небольшим комментарием. Автору, томимому духовной жаждой в пустыне (а пустыня у Пушкина частый заменитель слов "глушь", "провинция", "ссылка", "отсталая страна"), является шестикрылый Серафим -- представитель высшей небесной иерархии, приближенный к Богу и имеющий человеческий образ. Согласно Библии, Серафим коснулся уст пророка Исайи, сказав ему: "И беззаконие удалено от тебя, и грех твой очищен". Вряд ли такая аналогия могла прийти поэту до беседы.Пушкин от себя вводит уточнения. Серафим коснулся его глаз и ушей -- и поэт увидел и услышал, что происходит в мире (возврат к светской жизни). Серафим вырвал его грешный язык (может быть, поставил крест на крамольных стихах, написанных ранее?) и вложил в уста жало змеи -- символ мудрости. Сердце он заменил поэту на уголь, пылающий огнем. Автор услышал голос свыше: ступай и "глаголом жги сердца людей". Мысли этого стихотворения противоречат другим взглядам Пушкина, например, "Ты царь: живи один". В традиционных толкованиях стихотворения пророк у Пушкина -- лидер, но в тексте он послушный исполнитель чужой воли "исполнись волею моей"). Согласно воспоминаниям, после беседы царь вывел Пушкина к царедворцам и сказал: "Господа, вот вам новый Пушкин, о старом забудем". Поразительно, что в ряде исследований, посвященных этому стихотворению, важнейшее событие в жизни поэта: проблемный разговор с императором -- вообще не упоминается.ТАМ ЖЕПятнадцати лет этот человек попал во флигель-адъютанты императораПавла. Бенкендорф был хорошо образован, умен, отважен и, как ни странно, порядочен. При огромной и тайной власти, которой он располагал, он не использовал служебного положения для корысти, не организовывал ложных дел, чтобы выслужиться, не сочинял напрасных обвинений, не преследовал личных врагов и презирал людей, доносивших ложь. Тынянов утверждал, что старательность Бенкендорфа раздражала царя и тот не любил генерала. Тынянов добавлял, что Бенкендорф был бабником, но не говорил того же о Пушкине, всравнении с которым шеф жандармов был образцовым семьянином. В 1826 году Бенкендорфу исполнилось 43 года. Николай, который был моложе на 13 лет, видел в генерале одного из самых близких себе людей, доверял ему наиболее деликатные поручения, огласки которых не хотел.Преданность главы Третьего отделения была безупречная, и Николай Павлович мог на него рассчитывать, когда впоследствии говорил шведскому послу: "Если явилась бы необходимость, я приказал бы арестовать половину нации ради того, чтобы другая половина осталась незараженной". Из Министерства внутренних дел в Третье отделение был переведен управляющим М.Я.фон Фок, возглавивший тайный политический сыск. Стихи Пушкина и доносы о нем теперь стали собираться в одном месте. Пушкин в напряжении ждал приговора декабристам с февраля, а сообщение о казни дошло до него 24 июля. Жестокость приговора (руководителей -- к четвертованию, многих -- к отсечению головы, остальных -- к политической смерти в ссылке) потрясла цивилизованный мир. Когда в результате пересмотра осталось пятеро, приговоренных к смерти, это уже настроения не изменило.С.И.Муравьев-Апостол, у которого во время повешения оборвалась веревка, крикнул: "Проклятая страна, где не умеют ни составлять заговоры, ни судить, ни вешать!". Вяземский, который был "не на привязи", писал жене: "Для меня Россия теперь опоганена, окровавлена: мне в ней душно, нестерпимо. не хочу жить спокойно на лобном месте, на сцене казни!". Он уехал в Ревель, чтобы не присутствовать на коронации. Пушкин же в это время, еще не зная о происходящем в Петербурге и получив весточку о предстоящей коронации, решил попытать счастья и подать документы на выезд, чтобы они пошли по инстанции. Он опять отправился в Псков. Очевидно, сперва посетил губернатора, и тот потребовал официальное медицинское заключение. Пушкин прошел медицинское обследование во врачебной управе у врача, который был к этому подготовлен еще в прошлом году, и можно было сказать, что болезнь прогрессирует. К письму поэта императору Николаю Павловичу от 11 мая 1826 года приложено медицинское свидетельство врачебной управы от 19 июля 1826 года за подписью Всеволодова. Очевидно, письмо было написано заранее, а потом подкреплено справкой. http://intrada-books.narod.ru/gemini.htmlБестужев-Рюмин Михаил Павлович (1801 — 1826) — один из руководителей Южного общества. Встречался с Пушкиным несколько раз в доме Олениных в 1819, с удовольствием читал наизусть и распространял «Кинжал». Интересно, что сведения о своем знакомстве с Пушкиным и свое мнение о его стихах он оставил следственной комиссии (Близнецы без причины не скрывают своих знакомств). А Пушкин 24 июля 1826 года сделает запись о смерти Бестужева-Рюмина. Бороздин Константин Матвеевич ( 1781 —1848 ) — историк и археолог, председатель Цензурного комитета, член Российской Академии. Общение с Пушкиным деловое и фрагментарное: Пушкин жаловался Бороздину на цензора «Литературной газеты» Н. П. Щеглова и просил заменить его «менее своенравным цензором»; Бороздин подал свой голос за избрание Пушкина в члены Российской Академии, и несколько раз они встречались на заседаниях; в 1834 подписали письмо об издании «краткого священного словаря» А. И. Малова.

Пишу тебе только два слова, да и то лишь для того, чтобы снова докучать тебе относительно денег. — Я занял у генерала Раевского 300 рублей, которые прошу тебя уплатить ему или подателю сего. Лев Пушкин. 1831. Сего 24 июля. Милостивому государю господину Пушкину, в Петербурге.

24 июля 1833http://www.livejournal.com/editjournal.bml?journal=maramaram&itemid=65215Пушкин, по-видимому, прямо не знакомый с Дубельтом до 14 декабря, оказывается под его особым наблюдением в 1830-х годах, так как в III Отделении новый сотрудник считается одним из самых просвещенных, причастных к литературе. 24 июля 1833 года А.Н.Дубельт писала мужу: “Благодарю тебя, дружочек, за письма твои из Гатчины и Красного села. Описание кадетского праздника, которое вы сочинили с Гречем, прекрасно. ” [58] Дубельт, как видим, попал в сочинители, да еще выступая совместно с таким профессионалом, как Николай Греч. Особая роль генерала Дубельта в “посмертном обыске” у Пушкина известна; своеобразным эпилогом “отношений” явилась сцена, описанная А.А.Краевским, которого Дубельт однажды вызвал по поводу посмертных публикаций некоторых пушкинских текстов: “Чай, весело, что давненько не зову Вас к себе? А? Ведь весело, не правда ли? Что это, голубчик, вы затеяли, к чему у вас потянулся ряд неизданных сочинений Пушкина? Э-эх, голубчик, никому-то не нужен ваш Пушкин; да вот и граф Алексей Федорович [61] недоволен, сердится и приказал вам передать, что-де довольно этой дряни сочинений-то вашего Пушкина при жизни его напечатано, чтобы продолжать и по смерти его отыскивать «неизданные» его творения да и печатать их! Не хорошо, любезнейший Андрей Александрович, не хорошо!”

24 июля 1836http://www.utoronto.ca/tsq/15/ospovat15.shtmlКажется, впервые сознательное "похищение" у Пушкина встречается в стихотворении "Два демона ему служили…", творческая история которого растянулась на полтора десятилетия. Около середины 1830-х гг. появился следующий набросок: (1) Два демона ему служили, (2) Две силы чудно в нем срослись; (3) В его главе Орлы парили, (4) В его груди Змии вились - (5) Широко-крылых вдохновений (6) Орлиной, дерзостной полет, (7) Но в самом буйстве дерзновений (8) Змииной Мудрости расчет. Тютчев развертывает здесь метафорический образ, примененный в книге Гейне "Французские дела" (1832) для характеристики гения Наполеона (у него "в голове гнездились орлы вдохновения, между тем как в сердце извивались змеи расчета" ([Гейне V: 263-264]; см. [Тынянов 1977: 31-32]), и, строго говоря, нет никакой уверенности, что Пушкин, отобравший эти восемь строк для публикации в третьем томе "Современника", владел ключом к тютчевскому иносказанию. Цензор же, рассматривавший подборку Тютчева ("Стихотворения, присланные из Германии"), сперва поставил под текстом "Двух демонов" разрешительную подпись, а затем ее вымарал, мотивируя запрещение "неясностью мысли автора, которая может вести к толкам весьма неопределенным" (из письма А. Л. Крылова от 24 июля 1836 г. [Пушкин 1937-1949. XVI: 144]; подробнее см.: [Вацуро 1972: 266-271]). Реакция Тютчева на такого рода инциденты хорошо известна. Из стихотворения "Не то, что мните вы, природа…", опубликованного в третьем томе "Современника", цензор Крылов исключил две строфы (по требованию Пушкина они были заменены рядами точек), которые впоследствии автор так и не смог или не захотел вспомнить (см. [Пигарев 1935: 377]). Однако в интересующем нас случае Тютчев проявил малообыкновенную для него настойчивость. В конце 1849 г. он внес в текст "Двух демонов" некоторые изменения, дописал еще восемь строк, и эта расширенная редакция увидела свет в составе цикла "Наполеон" под номером II ("Москвитянин". 1850. Ч. II. № 7). Наращенный фрагмент: (9) Но освящающая сила, (10) Непостижимая уму, (11) Души его не озарила (12) И не приблизилась к нему… (13) Он был земной, не божий пламень, (14) Он гордо плыл - презритель волн, - (15) Но о подводный веры камень (16) В щепы разбился утлый челн, -

соотносится с исходным в полном соответствии с принципом тютчевской антитезы (с резким переломом на "но"(2)). Объект возвышенно-перифрастического описания, расшифрованный теперь заголовком цикла, подвергнут ступенчатой дискредитации - сначала в индивидуальном плане, потом как фигура, символизирующая враждебный фронт во всемирной войне за веру. И, конечно, обращает на себя внимание то, что первое из новых четырехстиший (строки 9-12) оформлено в виде ритмико-фразовой реплики на второй катрен пушкинского "романса о рыцаре бедном", подсвеченной прямой цитатой: Он имел одно виденье, / Непостижное уму, / И глубоко впечатленье / В сердце врезалось ему(3).

СПРОСИТЕ ПУШКИНАГеоргий Пушкин - специалист в области международных отношений и мировой экономики, лично знакомый со многими современными лидерами мировой политики и бизнеса, - избрал для изложения своей концепции детективно-фантастическую форму. Этот нехитрый прием позволил автору достичь сразу нескольких важных для него целей. Во-первых, ни на йоту не погрешить против правды истории, оказавшейся, на нашу общую беду, жертвой вольных интерпретаций конъюнктурщиков, пришедших в большую политику в начале 90-х годов с уличных митингов. Во-вторых, обнаружить в этой исторической правде динамику, которой придали определенный вектор развития те же случайные политики. Наконец, в-третьих, окрасить свои тревоги о будущем собственным опытом жизни, в котором за последние 10-15 лет аккумулировался опыт ученого, политика и бизнесмена. Скрывшись за псевдонимом, он и герою своему дал то же имя: Пушкин.История, по мнению Г. Пушкина, многовариантна и много-векторна. Выбор ее развития зависит не от воли электората, отдающего голоса тому или иному политику, а от нашего с вами участия или неучастия в ее невидимых глазу глубинных процессах, у которых, как у кантовской «вещи в себе», свои законы, не всегда понятные, а подчас и навязанные нам как единственно верные. Вы поверили, что частная собственность и деньги решают в наше время все? В таком случае смиритесь с тем, что…

http://www.m-mos.ru/08/10.htmБЫВШИЕ ПУШКИНЫ Александр Сергеевич Пушкин был истинным москвичом, охотно общаясь не только с близкими родственниками, но и с самой дальней московской родней. Водил он знакомство и с троюродным братом отца, директором Московского общества сельского хозяйства, действительным статским советником (штатским генералом) Алексеем Михайловичем Пушкиным — острословом и балагуром, известным переводчиком и актером-любителем. А еще Алексей Михайлович слыл знатоком семейных преданий рода Пушкиных. Возможно, он поведал Александру Сергеевичу и об удивительной криминальной истории, закрутившейся в Москве в 1771 году вокруг отца и дяди Алексея Михайловича — Михаила и Сергея Пушкиных.

СБИВШИЕСЯ С ПУТИ ИСТИННОГОДетство и юность Михаила и Сергея Пушкиных пришлись на благодатное для русского дворянства царствование императрицы Елизаветы Петровны (1741-1761). В отличие от своего грозного родителя Петра Великого, «веселая царица Елисавет» не обременяла подданных службой. При ней братья Пушкины, как и сотни других дворянских «недорослей», с колыбели считались на службе в армии, не покидая родительского дома в Воронеже, где их отец Алексей Михайлович служил губернатором, немало нажившись на своей должности. Но, то ли он, как писал потом Гоголь, «брал не по чину», то ли скупо делился с начальством в Санкт-Петербурге — так или иначе, в конце 1750-х гг. Пушкин-старший был отставлен от должности, едва успев пристроить подросших сыновей. Старший, Михаил, поступил служить в чине поручика в лейб-гвардии Преображенский полк. Младший, Сергей, был также приписан к этому полку, но фактически трудился придворным курьером и часто ездил с поручениями за границу.Ближайшая подруга будущей императрицы Екатерины II, одна из образованнейших женщин России того времени княгиня Екатерина Дашкова писала потом в мемуарах: «Поручик Михаил Пушкин служил в одном полку с моим мужем. Он был очень умен и благодаря его тонкому уму и остроумной беседе пользовался большим успехом у молодежи. У Пушкина отец потерял место и попал под суд за лихоимство в последние годы царствования Елизаветы; жалованье Михаила было невелико, и мой муж великодушно выручал из денежных затруднений как его, так и его брата. »Именно князь Дашков вступился за Михаила Пушкина перед послом королевской Франции маркизом Лопиталем, когда последний хотел привлечь гвардейца к суду по жалобе, поданой на него неким соотечественником-негоциантом. Как оказалось, живший в Санкт-Петербурге французский купец легковерно ссудил поручика крупной суммой денег для оплаты карточного долга. Однако когда француз пришел к Пушкину с его распиской, бравый гвардеец не только не вернул деньги, но и спустил «купчишку» с лестницы. Чтобы замять дело, дружившему с Пушкиным князю Дашкову пришлось уплатить долг за однополчанина.Еще в больший скандал вляпался курьер Сергей Пушкин. В 1760 году он был послан в Париж с важной миссией — передать великому французскому мыслителю Вольтеру подборку архивных материалов для написания истории царствования Петра Великого, серию памятных медалей в честь царя Петра и 2000 червонцев аванса. Увы, едва прибыв в блистательную столицу Франции, юный курьер пустился в загул, заложил памятные медали в парижский ломбард, а в итоге сам попал в парижскую долговую тюрьму, откуда его с трудом вызволило российское посольство….….Вторым, еще более выгодным занятием младшего Пушкина стала служба в Мануфактур-коллегии — Министерстве промышленности XVIII века, надзиравшим за открытием новых производств, контролировавшим качество их продукции, условия труда и т.п. К слову, контора-правление Мануфактур-коллегии размещалась в несохранившемся здании на Большой Мещанской улице (нынешний проспект Мира) по соседству с городской усадьбой ее первого (с 1717 года) директора — знаменитого ученого и государственного деятеля эпохи Петра I графа Якова Брюса.. И все же братьям Пушкиным по-прежнему не хватало денег. В 1770 году Михаил Пушкин женился по любви на княжне Наталье Волконской, а год спустя у них родился первенец, названный в честь деда Алексеем, так что семейная жизнь требовала немалых расходов. Карьеру лейб-гвардейца Сергея Пушкина тогда же сгубили карты — заподозренный в шулерстве, он вынужден был выйти из полка в отставку и жил лишь на доходы с игры. «ИЗДЕРЖКИ» ЕКАТЕРИНИНСКОЙ РЕФОРМЫ…. некий Луи Барро Бротар, католический священник-расстрига, сбежавший в 1766 году из Парижа в Санкт-Петербург из-под следствия за подделку документов. Сбывать же фальшивки в России предполагалось через Михаила Пушкина, чья должность в Москве в Мануфактур-коллегии открывала ему широкий доступ к тайной подмене настоящих ассигнаций на фальшивки.

ЗА ДЕЛО БЕРЕТСЯ ИМПЕРАТРИЦАВесной 1771 года Сергей Пушкин и Бротар отправились в Европу. Тогда же Михаил Пушкин решил привлечь к намеченному сбыту фальшивок своего прямого начальника, вице-президента Мануфактур-коллегии Федора Сукина. Тот сначала согласился, но вскоре испугался и сообщил о планах Пушкиных президенту Мануфактур-коллегии сенатору Волкову, который, в свою очередь, известил о них лично Екатерину II. Дальнейшее развитие «дела Пушкиных» прослеживается по переписке императрицы с чиновниками разных рангов.6 февраля 1772 года Екатерина II написала генерал-губернатору Лифляндии (нынешняя Латвия) Броуну: «Беспутным своим поведением известный Сергей Пушкин в прошлом году поехал в чужие края. Ныне подозрение есть, что он сие учинил, чтобы там стараться подделывать наши банковые ассигнации, коих пересылать будто бы намерен к своему брату в Москве, к Михаилу Пушкину. Прикажите неприметно примечать на вашей границе, не проявятся ли где пакеты на имя Михаила Пушкина и если таковые будут, то под видом контрабанды велите их осматривать и если найдете чего, то, не мешкая, отправьте ко мне с нарочным. Екатерина»…. ….Сергея Пушкина сперва заключили в Пустозерский острог в низовьях реки Печоры (нынешняя территория Ямало-Ненецкого автономного округа) — в ту самую тюрьму, где провел 15 лет и в 1681 году был казнен на костре по царскому указу духовный лидер российских старообрядцев протопоп Аввакум. Пушкин же просидел в Пустозерске семь лет, а затем был переведен на Соловки.Архивы сохранили письмо вологодского губернатора Мельгунова настоятелю Соловецкого монастыря: «Высочайшее Ее величества имею я повеление о переводе одного секретного колодника в Соловецкий монастырь. А как сей преступник человек хитрый и дерзкий, повелено его держать так, чтобы он никого из монастырских обитателей, исключая караульных, видеть не мог. Чтобы в палате означенного колодника было одно окошко за железной решеткой. Сентября 27. 1780 года». Даже сам настоятель Соловецкого монастыря узнал личность затворника значительно позже, из специального губернаторского послания.. До сих пор в массиве северо-западной стены Зосимо-Савватиевского монастыря толщиной в семь и высотой в десять метров сохранился «каземат № 19», где «бывший Пушкин» провел 14 лет до самой кончины в 1795 году. Проживи Сергей Пушкин еще год, быть может, он и получил бы амнистию, объявленную новым императором Павлом Петровичем после кончины ненавистной ему матери Екатерины II в конце 1796 года. Но, как известно, история не ведает сослагательного наклонения.