Я живу в Палевском жилмассиве (Петербург) The Village рассказывает о жизни в самых известных и необычных домах Москвы и Санкт-Петербурга

Модерновые доходные дома, сталинские высотки и многоэтажки 1970-х годов — не просто жилые здания, а настоящие городские символы. В рубрике «Где ты живёшь» The Village рассказывает о самых известных и необычных домах двух столиц и их обитателях. В новом выпуске мы узнали, как устроена жизнь в Палевском жилмассиве — одном из первых жилых комплексов Ленинграда.

Палевский жилмассив построили в 1925–1927 годах архитекторы Алексей Зазерский и Николай Рыбин. В жилмассив входят 19 домов, шесть из них — трёхэтажные, остальные — двухэтажные. Дома жилмассива были сгруппированы вокруг пяти зелёных двориков, в центре комплекса устроили сквер с дорожками и фонтаном. В проекте была реализована идея города-сада, использованы редкие для города малоэтажные дома блокированного типа (таунхаусы). Их особенностью является непосредственная связь квартир с придомовыми участками. В настоящее время ансамбль является объектом историко-культурного наследия народов Российской Федерации, находится под охраной государства.

Архитекторы: Алексей Зазерский и Николай Рыбин

Адреса: проспект Елизарова, 4, 6 (корпуса 1 и 2), 8 (корпуса 1–3); проспект Обуховской Обороны, 95 (корпуса 3–9); улица Ольги Берггольц, 3, 5 (корпуса 1 и 2), 7 (корпуса 1–3)

Постройка: 1925–1927 гг.

Высота: шесть домов — по три этажа,13 домов — по два этажа

великолепный дом с курдонёром и кариатидами, одетый в изысканную терразитовую штукатурку, стоящий на Аптекарском острове на Каменноостровском проспекте недалеко от Института экспериментальной медицины.

Все ранние жилые массивы середины 1920-х годов имеют один приметный композиционный приём, а именно — арочные вставки, связывающие жилые секции между собой. В Палевском жилмассиве эти арочки расставлены так, что совместно образуют интересные перспективные «анфилады», формирующие визуальные навигационные и художественные связи внутри жилой среды. Зазерский придал архитектуре невысоких домов достаточно традиционный характер. Фасады зданий менее динамичны, чем у домов Тракторной улицы; и здесь нет таких деталей, как полуарки или треугольные козырьки. Но эти дома берут скорее не деталями, а пропорциями и масштабом.

На этой архитектуре учились ленинградские архитекторы, создававшие после войны знаменитые районы малоэтажной застройки — такие как Старопарголовский жилмассив, застройка Охты, Невского района и пригородов. Именно поэтому и Палевский жилмассив зрители иногда ошибочно записывают в категорию так называемых немецких коттеджей. Важно помнить, что у Зазерского — подлинник, оригинал, эйдос этой уютной жилой архитектуры. И именно поэтому этот небольшой городок с арочками и скатными крышами сегодня особенно ценен.

архитектор, генеральный директорSimmetria Architectural Bureau

Цена четырёхкомнатной квартиры

11 000 000 рублей

Аренда комнаты в трёхкомнатной квартире

11 000-14 000 рублей*

*по экспертной оценке

В 2006 году образовалась инициативная группа жителей Палевского жилмассива, а позже к нашей работе присоединились неравнодушные петербуржцы, и возникло общественное движение волонтёров «За восстановление и сохранение архитектурного ансамбля „Палевский жилмассив“».

Жители — молодцы: я интересуюсь работой различных НКО — и такого движения, такой работы, как у нас, ещё не наблюдала. Нас объединили проблемы: старые инженерные сети, текущие кровли, облупленные фасады и так далее. Начали мы с того, что стали искать разные документы о первоначальном облике массива. Я поработала в архивах, мы скинулись деньгами и выкупили копии старых фотодокументов. По ним стали готовить проект восстановления города-сада.

Была и ещё причина для работы: сквозь жилмассив на огромной скорости мчались автомобили, объезжавшие пробки на проспекте Елизарова и улице Ольги Берггольц — никакие запрещающие знаки не помогали. Однажды чуть не случилась трагедия: едва успели выхватить из-под колёс ребёнка. Проблему решила ограда: несколько лет назад она появилась вокруг части домов Палевского жилмассива. Мы это сделали ради безопасности. Стилистику жители выбрали сообща, на основании старых фотографий.

В моей квартире был штаб нашего движения. Там мы в соответствии с архивными фотографиями прорисовывали все исторические дорожки, клумбы. В конце концов, мы предложили администрации района проект воссоздания Палевского жилмассива. Его приняли, и началась работа. Но нужно было всё постоянно контролировать. Мы устраивали дежурства: кто свободен — идёт на территорию.

Сейчас нам нужны молодые волонтёры. Проблема в том, что мы — старая гвардия и не очень хорошо владеем компьютером. Отчасти поэтому работа по сохранению жилмассива приостановилась и заморозилась группа «ВКонтакте». А столько хорошего можно было бы ещё сделать, и не только в Палевском.

Кроме того, три года назад в наш дом въехали новые жители. К тому времени удалось добиться от садово-паркового хозяйства высадки нескольких сотен роз на месте уничтоженной косильщиками Аллеи памяти Ольги Фёдоровны Берггольц (аллею заложили в 2010 году, к 100-летию со дня рождения поэтессы Ольги Берггольц. — Прим. ред.). Новые жители возмутились: «Не надо нам ничего сажать, нужно сделать ландшафтный дизайн, а кусты — это некрасиво».

Также рабочие выкосили большое количество саженцев. Только в одном из дворов утеряно более тысячи растений: яблони, вишни, сливы, груши, сирень, жасмин и тому подобное. Приезжали гости из Голландии, подарили питомник дубочков. Сами посадили и огородили его сеткой. Но опять всё скосили, осталась пара бедных дубочков. Несколько лет продолжались посадки, поливали каждый куст, каждое дерево — с тазиками с водой, и так много лет, пока не подросло то, что удалось защитить.

Однажды на наших глазах экскаваторщик подцепил чашу давно неработающего фонтана в центральном дворе. Отбили. Чаша осталась на месте. В ней сделали большую клумбу, чтобы сохранить исторический элемент. Так же спасали и исторические ступени домов: сами вытаскивали их из ковшей экскаваторов и складывали у домов, следили, чтобы их «случайно» не увезли — сейчас все они стоят на своих местах.