- Киноактёры – разбор психотипов и их смешений -

Системно-векторная психология рассматривает такие явления, как культура и искусство в неразрывной связи с людьми, обладающими зрительной эрогенной зоной, называя совокупность свойств их психики, их желаний, способностей и тип восприятия ими окружающего мира зрительным вектором. Люди со зрительным вектором создали все искусство от самых его истоков и до нашей современности.

Искусство «создается глазами», искусство – эмоционально, так же, как эмоциональны свет и цвет, проходящие через сверхчувствительную сетчатку глаз людей со зрительным вектором. И сами зрительные люди – сверхэмоциональны. Эмоциональность – это то, что объединяет художника, киноактёра, танцора (хореографа), кутюрье, ювелира, фотографа, дизайнера, режиссера и многих других представителей «творческих» профессий.

Сегодня хочу написать о «важнейшем из всех искусств», о кино, и тех обладателях зрительного вектора, которые его создают непосредственно – о киноактёрах.

Энтони Хопкинс - кожно-звуко-зрительный киноактёр

Звуко-зрительные киноактёры.

Зрительные и звуко-зрительные - это самое первое векторальное разделение киноактёров, которое сразу же бросается в глаза. Звуковой и зрительный вектора – одна квартель, квартель информации, оба направлены на познание окружающего мира, оба являются интеллектуальными. Зрительный киноактёр, обладающий еще и звуковым вектором, способен тонко ощущать и передавать глубочайшие внутренние состояния своих героев.

В большинстве такие киноактёры – кожно-звуко-зрительные, но с развитым зрительным вектором. Поскольку звук – доминантный вектор, то кожно-звуко-зрительный киноактёр – это прежде всего кожный звуковик, и звуковые особенности в его игре будут очень заметны.

Звуко-зрительные киноактёры – мастера перевоплощений. Любой зрительный киноактёр вам скажет, что он «перевоплощается», но это далеко не тот уровень и качество. Наблюдая игру звуко-зрительного киноактёра, мы видим прежде всего глубину состояний, а не только силу их внешнего проявления - эмоций. Ощутить себя как будто другим человеком, со всеми его состояниями – низкими и возвышенными, вдохновляющими и разрушающими, их причудливыми смешениями, сделать так, чтобы зритель сказал «верю!» - все это им под силу. Поэтому когда говорят «гениальный киноактёр» - это как правило о звуко-зрительном киноактёре.

Им свойственно тончайшее владение интонацией голоса. Например лишь слегка изменив оттенок произнесенного слова, звуко-зрительный киноактёр может настолько же поменять и его смысл, управлять смыслами в намного большей степени, чем просто зрительный. Это лучшие декламаторы стихов из всех возможных.

В звуковом векторе нет разделения на «добро» и «зло», как в зрительном, поэтому игра таких киноактёров не настолько полярна, «негативные» герои не настолько негативны, как их видит и подчеркивает зрительный вектор. Звук с его тягой к «потустороннему» даже здесь пытается все вывернуть наизнанку. Если «плохого» персонажа играет зрительник – мы видим, что этот персонаж действительно плохой и даже отвратительный. Звук же везде ищет философский подтекст, условность разделения на добро и зло, поэтому, даже негативные герои часто выходят неоднозначными и более того - немного притягательными.

Здесь можно вспомнить и знаменитого героя профессора-маньяка, которого гениально сыграл кожно-звуко-зрительный Энтони Хопкинс, и Воланда из фильма «Мастер и Маргарита» в исполнении Олега Басилашвилли, и персонажа Аль Пачино в фильме «Адвокат Дьявола»

По той же причине именно у таких киноактёров лучше всего получается играть роли не плохих и не хороших людей, но просто интересных личностей, обладающих своими недостатками и достоинствами, героев своего времени (по типу Печорина у Лермонтова). Создание таких сложных образов действующих лиц, в которых перемешано настолько много всего, что даже посмотрев фильм, трудно сформировать свое отношение к персонажу, – это задача, которая чаще всего не под силу зрительному киноактёру без звука. А вот звуковой киноактёр, обладающий развитым абстрактным интеллектом, способным внутри себя дифференциировать состояния без их разделения на «добро» и «зло», справится с такой задачей лучше всех.

Герой одного из величайших киноактёров современности, Аль-Пачино, сыграный им в фильме «Запах женщины» - как раз такая неоднозначная личность, человек, соединивщий в себе все «хорошее» и «плохое», что можно представить в собирательном образе «не простого» американца. Кожно-звуко-зрительному Аль-Пачино удалось без единой яркой эмоции показать огромной глубины душевную боль и отчаяние выдающегося человека, имевщего все возможные радости жизни, но в один миг всё потерявшего.

Знаменитая сцена из фильма "Запах женщины"

Одним словом, именно такими киноактёрами созданы лучшие образцы художественного кино, но всё же они занимают лишь одну из ниш в этом искусстве. Киноактёр-звуковик не может эффективно выполнять видовую роль зрительного человека – ограничение всеобщей неприязни между людьми обручем культуры, ведь его все время будет уводить в звуковой поиск смыслов, он не настолько эмоционален, часто погружен в себя.

Зрительный киноактёр без звука не несет в себе такой звуковой нагрузки, его природная задача как зрительного человека – «выращивание» в нас эмоций, ограничивающих наши первичные позывы, секс и убийство. Это эмоциональный, культурный слой над вышедшим из баланса с природой животным внутри нас, которое проявляет себя наружу в виде неприязни к ближнему. И для того, чтобы этот слой в нас создать, нужны люди с повышенной эмоциональной амплитудой и развитой способностью к состраданию, какими и являются зрительные люди.

Зрительные киноактёры.

Поэтому зрительный киноактёр берет эмоциями, и в точности передаваемых эмоций заключается его мастерство. Если зрительный киноактёр не способен на любовь, то и его сыгранная на сцене влюбленность не будет убедительна. Но если киноактёр развит в зрении и владеет профессией – его эмоции «настоящие», мы верим его слезам, радуемся и грустим вместе с ним, постепенно принимая на себя его умение чувствовать, переживать, или наоборот – радоваться. Именно таким образом происходит построение нашей эмоциональности, нравственности, общей культуры, что необходимо нам для выживания (по Фрейду). Не имея культуры как ограничителя мы не сможем сохранить нашу общую целостность – нас разорвет на части изнутри.

Чулпан Хаматова и Гоша Куценко. Кожно-зрительные киноактёр и киноактриса

В этом контексте речь идет о кожно – зрительной особи, создающей культуру.

Кожно – зрительные актёры и актрисы.

Кожно-зрительная самка – это и есть культура вот уже 50 тысяч лет. Она - самка – психотерапевт, способная своей огромной эмоциональной амплитудой и эмпатией смягчать наши негативные провления наружу (злость, ненависть, зависть, жестокость, гнев итд.) или одним словом – нашу неприязнь. Этим она и занимается будучи воспитательницей, учительницей языка и литературы, певицей или актрисой, в этом при высоком развитии у нее зрительного вектора, чувствует свое призвание и смысл жизни.

Абсолютное большинство современных актрис – кожно-зрительные. Перечислить всех, даже российских кожно-зрительных актрис, наверно невозможно, но можно выделить самых эмоциональных, чувственных и сострадательных. Например известная российская актриса Чулпан Хаматова. Чулпан не только играет в театре и кино, но и занимается благотворительностью, используя свою известность и авторитет для сбора средств на лечение онкобольных детей.

Кожно-зрительный мальчик – отдельная и очень обьемная тема системно-векторной психологии. Пока они коллективно неразвиты в зрении, находятся в плохих состояниях. Среди киноактёров их не так много, тем более когда речь идет о высоком кино, но ни одна классическая романтическая баллада не обходится без кожно-зрительного киноактёра, играющего главного героя.

Пока, к сожалению, основное оружие кожно-зрительного киноактёра – внешняя привлекательность и такая же внешняя эмоциональность. Показать серьезных чувств влюбленности, сострадания, сопереживания они пока не могут, что никогда не забывают отмечать придирчивые критики, как правило относя фильмы с их участием к фильмам низшего сорта. Кожно-зрительные мальчики – непременные звезды телесериалов, где не нужен высокий художественный уровень игры.

Самых развитых из них мы до недавнего времени могли наблюдать в кино советского образца, куда как правило не пропускали кого-попало.

Культовый персонаж – полковник Исаев, более известный как Макс Отто фон Штирлиц, сыгран именно таким кожно-зрительным киноактёром Вячеславом Тихоновым. И хотя образ разведчика и не требовал очень высокого актёрского мастерства (фильм больше был построен на прекрасном чтении текста за кадром Ефимом Копеляном), но все же «17 мгновений весны» стали одним из лучших фильмов в советском кинематографе не в последнюю очередь благодаря таланту Тихонова. Сам Тихонов другими фильмами не прославился, хотя во многих из них его кожно-зрительную связку векторов видно намного лучше.

Роль кожно-зрительных мальчиков в нашем ближайшем будущем переоценить невозможно. Когда коллективный уровень развития кожно-зрительного мальчика достигнет уровня сегодншней кожно-зрительной самки, это даст толчок к формированию культуры нового, «мужского» типа, которая будет направлена на ограничение совершенно нового уровня нашей коллективной неприязни друг к другу. Более подробно о них – здесь.

Среди киноактёров можно также наблюдать и анально-кожно-зрительных, и уретрально-кожно-зрительных, и многих других, об особенностях игры которых попробую написать чуть позже. Но кожно-зрительная связка векторов всегда лежит в основе актёрской профессии, отработана кожно-зрительной самкой напротяжении тысячелетий.

Лицедейство в лучшем понимании этого слова – основа культуры, мощнейшее воздействие, которое под прикрытием якобы простого развлечения, сильнейшим образом меняет наши внутренние императивы, дает нам возможность развиваться и усложняться.

Другие публикации :

Статья написана по материалам лекций по системно-векторной психологии Юрия Бурлана Мне понравилось – поставить «сердечко»: