Что скрывал «доктор» Брэгг: вымышленная и реальная биографии гуру лечебного голодания

Его книги остаются популярными, в значительной степени благодаря обаятельной легенде, которую сложил о себе основатель учения. Между тем мифическая биография гуру разительно отличается от той, которая подтверждается документально

Почтенная нью-йоркская газета 12 июля 1976 года сообщила, что в результате несчастного случая во время серфинга на 96-м году жизни скончался всемирно известный диетолог, поборник голодания и здорового питания доктор Пол Брэгг. Его отменное здоровье служило наилучшей рекламой пропагандируемого им образа жизни, и когда бы не трагическая случайность, он, разумеется, дожил бы до 120, как и планировал.

Однако в тот же день в другой не менее почтенной газете было написано, что доктору Брэггу на улице стало плохо, как это случается иногда с людьми его возраста, и умер он в больнице от банальной сердечной недостаточности. Никто в стране, погрузившейся тогда в глубокую скорбь, не обратил внимания на эти неувязочки.

Американская сказка

Имя доктора к тому времени было отлично известно практически каждому американцу, а его книги «Излечи себя сам» и «Чудо голодания» давным-давно стали мировыми бестселлерами. Сам Брэгг разъезжал с лекциями о здоровом образе жизни по всей стране, и чтобы попасть к нему на прием, нужно было записываться не раньше, чем за три месяца.

Вскоре после смерти знаменитого диетолога на один из центральных телеканалов американского телевидения пригласили его дочь Патрицию — поделиться воспоминаниями о своем легендарном отце. Она тоже была врачом, тоже специалистом по здоровому питанию и к тому же стала преемницей дела Брэгга — после смерти Пола к ней перешло управление всей его огромной империей.

Американцам лицо Патриции было хорошо знакомо: изображение лучезарно улыбавшейся дамы неопределенного возраста в неизменной розовой шляпке красовалось на бутылках знаменитого яблочного уксуса, который Пол Брэгг в свое время обессмертил. В студии на встречу с Патрицией собрались поклонники знаменитого диетолога и приверженцы его учения, а телефон надрывался от бесконечных звонков телезрителей.

Патриция охотно рассказала о детстве своего отца. Пол вырос на огромной богатой ферме в штате Виргиния. Его отец, Роберт Элтон, славился своим умением выращивать бесподобные овощи и фрукты. Из яблок производили уксус в специальных деревянных бочонках — ими был забит весь обширный подвал дома. Мать Пола, Кэролайн, традиционно добавляла несколько капель яблочного уксуса в еду заболевшим домочадцам и домашним животным — коровам, козам, даже курам, и те чудесным образом выздоравливали.

Шоу шло гладко, пока один из зрителей, почтенный господин преклонных лет, не пожелал уточнить, как вяжется с идиллическим образом фермы, изобилующей свежими фруктами, свидетельство самого Брэгга, писавшего в одной из своих ранних книг, что в детстве его кормили исключительно жареным и жирным — других блюд его мать готовить не умела.

Тонко улыбнувшись, Патриция ответила, что в семье были проблемы с бабушкой Кэролайн, женой ее деда Роберта. Дедушка-то понимал всю важность того, что мы отправляем себе в желудки, а вот его жена готовила так, как все средние американские домохозяйки XIX века. Не исключено, что от этого Пол и заболел туберкулезом.

И дочь с удовольствием повторила историю, которую охотно рассказывал и сам доктор Брэгг. Будто он внезапно заболел туберкулезом лет в 16, харкал кровью и так ослабел, что едва добирался до ванной комнаты. Один из медицинских светил штата предупредил родителей, что ему остается всего месяц жизни. И они решились на последнее средство: отправить Пола в швейцарскую клинику доктора Огюста Роллье, знаменитого натуропата, лечившего с помощью солнечных ванн и физических упражнений самые серьезные заболевания.

В результате усилий Роллье Пол выздоровел и торжественно пообещал своему спасителю, что тоже станет врачом.

Патриция собралась уже переходить к презентации своих новых книг, но пожилой джентльмен не унимался: «Госпожа Брэгг, вы сказали, что ваш отец был средним из трех братьев, но ведь сам он писал, что у него была сестра Луиза, которую он вылечил своим методом». — «Это кузина папы, просто кузина Луиза, они вместе росли», — любезно улыбнулась Патриция.

Больше пытливому джентльмену ведущий не давал слова, и Патриции удалось без помех рассказать трогательную сказку о своем детстве. Как Пол женился на ее матери — калифорнийке Нетти Пендлетон, когда он был уже признанным авторитетом в области диетологии. Это был абсолютно гармоничный брак. Родители держали друг друга за руки до самой смерти матери от несчастного случая: Нетти сбила машина. Следуя системе мужа, она до старости сохраняла стройность, свежесть и красоту.

Пожалуй, у них был весьма необычный дом: в старинном дубовом буфете никогда не водилось ни сахара, ни кофе. А тем более никаких лекарств, даже простого аспирина: отец предал все это анафеме много лет назад.

Патриция никогда в своей жизни не брала в рот мяса, до сих пор не знает вкуса шоколада… Папа запрещал ей носить наручные часы и прокалывать уши — это плохо влияет на кровообращение, а также… при этих словах Патриция, как девочка, смущенно хихикнула: да-да, она никогда не брила ноги и никогда не пользовалась дезодорантом, вместо него она всегда употребляет подсоленную воду из пульверизатора.

Отца она с детства боготворила, ездила вместе с ним во многие поездки, слушала, впитывала, училась… И в конце концов стала его правой рукой. Конечно, ей приходится очень много работать! Шутка ли, управлять «империей Брэгга», которая включает по всей Америке десятки магазинов натуральной продукции, торгующих всем — от конфет до мыла, три крупных книжных издательства, три фермы по 120 акров земли в Калифорнии и Австралии, на которых овощи и фрукты выращивают органическим методом.

Словом, если бы благодаря отцу Патриция не обрела сверхздоровье, то просто рухнула бы от такого множества дел, как загнанная лошадка, а она абсолютно свежа…

Неувязки и нестыковки

Патриция продолжала рассказывать миру эту легенду до 1980 года, когда корреспондент «Вашингтон пост» задал ей весьма неожиданный вопрос: если Пол Брэгг родился 6 февраля 1881 года, как он сам пишет во всех своих книгах, и оказался в клинике Роллье в 16 лет, то это должно было случиться в 1897 году, верно? Подвох заключался в том, что Огюст Роллье открыл клинику в местечке Лейзин только в 1903-м! На это госпожа Брэгг не моргнув глазом ответила, что у ее отца всегда была скверная память на цифры.

Поначалу на эту нестыковку не обратили большого внимания. Но госпожа Брэгг, видимо, чтобы придать убедительность истории о клинике, добавила, что именно там ее отец увлекся спортивной борьбой — швейцарский врач очень поощрял пациентов к занятиям спортом, и Пол настолько преуспел в спорте, что позднее вошел в олимпийскую сборную и выиграл Олимпийские игры в 1908 году, а потом в 1912-м.

О том, что доктор Брэгг до самой смерти участвовал в состязаниях по борьбе, знали все: он сам часто об этом упоминал. Но точные даты провоцируют любознательность. Один из ценителей исторической точности немедленно выяснил по старым газетам, подшивки которых так тщательно и аккуратно хранят американские библиотеки, что Пол Брэгг никогда не входил в составы олимпийских команд — ни в 1908-м, ни в 1912 годах.

Мелкие неувязочки в биографии великого Брэгга провоцировали все новые расследования. И в один прекрасный день дотошная журналистская братия докопалась до его свидетельства о рождении, сохранившегося в публичной библиотеке города Бейтсвилл штата Индиана. В том самом городе, в котором Пол Брэгг действительно появился на свет, но только не 6 февраля 1881 года, как утверждал он сам, а 6 февраля 1895 года. Так открылась тайна его беспрецедентной моложавости. Великий Брэгг прибавил себе 14 лет! Гениальный маркетинговый ход!

В конце концов картина жизни Брэгга, которую удалось собрать из лоскутов и осколков достоверных свидетельств, принципиально отличается от той легенды, которую доктор сам для себя придумал.

Упрямые факты

Не было никакой процветающей фермы в Виргинии, а был покосившийся жалкий домишко в пригороде Индианаполиса — Бейтсвилле, где ютилось семейство типографщика Роберта Элтона Брэгга. У него было трое сыновей, из которых Пол — средний. Никакой сестры Луизы, или «просто кузины», отродясь не существовало. Поскольку денег вечно не хватало, Роберт перевез семью в Вашингтон, где ему удалось найти сносную работу.

Вся история с туберкулезом и швейцарской клиникой была чистейшей выдумкой — юношей Пол обладал отменным здоровьем, обожал спорт, особенно борьбу, и побеждал во всех школьных соревнованиях. Разумеется, никогда он не участвовал ни в каких Олимпийских играх.

После школы Брэгг самостоятельно перебрался в Нью-Йорк и перебивался там случайными заработками. 5 января 1915 года в церкви Святого Бенедикта в Нью-Йорке он обвенчался со своей давней любовью, девушкой по имени Нева Парнин, приехавшей к нему из Индианаполиса. Их брачное свидетельство тоже удалось отыскать, благодаря чему и выплыл наружу факт женитьбы Брэгга на этой женщине, имени которой он ни разу не упомянул в своих книгах.

Судя по всему, это родители Невы уговорили молодых вернуться в Индианаполис — и Пол устроился там страховым агентом в крупную фирму — The Metropolitan Life Insurance Company. Однако живой и горячий темперамент Брэгга никак не соответствовал рутинному существованию страхового агента.

Энергия била в нем через край, тело требовало нагрузки, и часто, оттарабанив в офисе по телефону заученную речь клиентам, он смешил сотрудников различными акробатическими трюками, которым научился, глядя на заезжих циркачей, или же предлагал всем и каждому помериться силами: борьба была его страстью. Иногда в городе устраивались любительские состязания, где Пол нередко завоевывал призы, но только отнюдь не олимпийские.

Оказывается, доктор Брэгг всю жизнь скрывал, что от брака с Невой Парнин у него к 1921 году уже имелось трое детей: две дочери, Полина и Лоррин, и сын Роберт. Видимо, Брэггу все-таки осточертел Индианаполис и он, решив попытать счастья на другом побережье, перетащил семью в Лос-Анджелес, где ему удалось устроиться в приличную школу преподавателем физкультуры.

Возникает вопрос: когда же Пол успел увлечься медициной и голоданием, выучиться, поменять специальность, ведь обучение на врача, особенно в те годы, требовало много времени и денег? Никогда. И хотя большинство его книг подписаны им самим: «Пол Брэгг, доктор медицины», это ученое звание он присвоил себе сам.

В самых ранних интервью в конце 1920-х годов Брэгг вскользь упоминает одного своего приятеля-японца, который научил его в свое время приемам дзюдо. Японец утверждал, что если выйти на поединок после 24-часового голодания, то силы утраиваются. Однажды Брэгг применил его рекомендацию на практике и впервые играючи положил на лопатки самого сильного борца в их штате.

Скорее всего, именно после этого он всерьез заинтересовался голоданием. Наверняка тогда Пол прочел книги доктора Джона Келлога о вегетарианстве, по крайней мере Брэгг часто потом упоминал это имя в своих статьях. Не исключено, что читал он и Огюста Роллье, швейцарского врача, у которого якобы лечился. Книгами Роллье о пользе солнечного света и аэробных физических упражнений многие зачитывались в 1920-е годы.

Как Брэгг расстался с семьей — в точности неизвестно, скорее всего, он замучил жену своими новыми идеями. Однако доподлинно известно, что Нева Парнин пережила своего первого мужа и умерла в 1988 году в реальном, а не вымышленном возрасте, в 91 год.

Освободившись от докучливых семейных обязанностей, Пол усиленно размышлял: что же ему делать со своей жизнью? Надо было что-то придумать, не век же учить школьников кувыркаться. И вот в 1929 году в местной газете появляется объявление, что доктор Брэгг читает популярные лекции об омоложении: «Если вы сегодня выглядите на тридцать пять, я сделаю так, что через месяц вы будете выглядеть на двадцать, а если вам не повезло и вы выглядите на пятьдесят, то я сделаю так, что вы станете снова тридцатилетним!»

В небольшой душный зальчик в Пасадене битком набился народ, по большей части экзальтированные дамы. И вот на сцену вышел лектор. Одна из слушательниц этой первой лекции утверждала, что перед ними предстал «ну просто греческий бог». Загорелый, атлетически сложенный, с волнистой густой шевелюрой.

Он начал с того, что предложил угадать его возраст. Предположения колебались между 25 и 30 годами. И тогда Пол обрушил на слушателей тяжелую артиллерию: «Мне сорок девять лет, господа!» Зал ахнул. Они не дышали, они сидели замерев и боясь пропустить хоть одно слово из того, что говорил этот человек, сумевший обмануть природу. Голодать? Не есть мяса? И это все? Лекция была бесплатной, но после нее к Брэггу выстроилась огромная колонна людей, желавших записаться на частную консультацию. Весьма впечатляющая по тем временам цена в 25 долларов решительно никого не смущала.

Тогда же, в 1929 году, в Dallas Mogning News, одной из первых газет, взявших интервью у «доктора» Брэгга, он впервые публично прибавил себе 14 лет. А уже год спустя фасад одного из домов на престижной Саут-Хилл в Лос-Анджелесе украсила вывеска с надписью «Центр здоровья Брэгга», а дверь внушительного, обитого кожей кабинета — солидная табличка: «Доктор медицины П. Брэгг».

Жизнь приняла новое направление. С тех пор Пол стал разъезжать с публичными лекциями о здоровом образе жизни сначала по Калифорнии, а потом и по другим штатам. У него появились ученики, последователи и обожатели. Брэгг постепенно научился театрализованно обставлять свои выступления, из него бы в самом деле вышел отличный актер. Он неутомимо изобретал все новые и новые аспекты избранной темы: как оздоровиться натуральными средствами.

Помимо лекций Брэгг начал писать и издавать книги на свои излюбленные темы. Первые две — «Правда о сексе» и «Излечи себя сам» — вышли в 1929 году. Написаны все они, кстати, талантливо, живо, легко, в них нет ни занудства, ни наукообразия. Первый тираж был 1000 экземпляров, следующий — 10 000, а через пять лет — уже 50 000. Брэгг приобретал славу с ураганной скоростью.

Несмотря на выдвигавшиеся сомнения, есть основания полагать, что книги он писал сам, не имея никакого специального образования. Достаточно посмотреть сохранившиеся видеозаписи выступлений Брэгга. Тексты, которые он произносит, обращаясь к аудитории, по стилю, лексике и интонациям очень напоминают манеру, в которой написаны его книги.

Так, например, знаменитый диетолог усаживался за приготовленный ему стол и, деловито заложив в стоявшую перед ним гигантскую кастрюлю заранее подготовленные куски сырого мяса, крупы, сыр и огромные помидоры, начинал свой знаменитый монолог: «Сейчас вы отправите в свои сведенные голодом желудки вот это варево и вместе с ним вкуснейшие антибиотики, которыми угощали коров, перед тем как прирезать, отменную клейковину из круп — она склеит ваши кишки, чистейшие беспримесные нитраты и нитриты вот из этих восхитительных крупных краснощеких помидоров и других здоровых и полезных овощей, только сегодня приобретенных мною в супермаркете как раз для нашей праздничной встречи».

Брэгг брал огромную поварешку и начинал раскладывать «блюдо» по одноразовым пластиковым тарелкам. «Изумительный пластик, — продолжал он, — взаимодействуя с горячей пищей, выделяет отменного качества яд». Зал смеялся и плакал…