Лучшие еврейские анекдоты. Разное — ассорти. Часть 6

Рабинович эмигрировал в Нью-Йорк. Открыл кошерный ресторан и повесил объявление: «Арабам вход запрещен». Через пару дней утром в ресторан зашел человек явно арабского вида. Официант побежал к Рабиновичу узнать, что делать. Тот подумал и говорит: – Ладно, я не хочу скандала. Дай ему бутерброд и кофе, но в счете выставь двойную цену. Больше он сюда не сунется. Официант так и сделал. Но на следующий день в обеденное время араб снова появился в ресторане. Все повторилось, но на этот раз Рабинович приказал взять с араба тройную цену. Тот поел, заплатил, похвалил качество еды и спросил, можно ли зарезервировать на вечер стол на десять персон. Рабинович подумал и сказал официанту: – Ладно, зарезервируй стол для него, но счет удесятеришь! Пришел араб со своими друзьями. Заказал шикарный ужин и расплатился без единого слова. На следующий день на кошерном ресторане Рабиновича появилось объявление: «Евреям вход запрещен».

Объявили: через три дня Всемирный потоп. Американцы сказали своим гражданам: «Веселитесь в оставшееся время!» Французы: «Любите!» Русские: «Пейте!» Евреи: «Учитесь жить под водой».

Еврей и египтянин поспорили, какой народ древнее – египетский или еврейский. Египтянин сказал, что египетские археологи сняли трехметровый слой грунта и обнаружили там телефонный кабель, что говорит о том, что в Египте в древности был телефон. Тогда еврей сказал, что израильтяне копнули у себя на четыре метра и ничего не нашли. А это свидетельствует о том, что у них еще раньше был мобильный телефон.

Выступает в ООН посол Израиля: – Я хочу начать свою речь с экскурса в историю. Давным давно Моисей водил евреев по пустыне. Было жарко, хотелось пить. Тогда Моисей ударил рукой по дюне, и превратилась она в озеро. Евреи напились, а Моисей скинул одежды и пошел купаться. Когда он вышел из воды, одежды не было. Скорее всего, ее украли арабы! Ясир Арафат вскакивает: – Ложь! В то время не было там никаких арабов. Посол Израиля: – Вот именно с этого я и хотел начать свою речь.

Евреи самые большие оптимисты. Они еще не знают, что будет, а уже делают обрезание.

– Вы знаете, у Рабиновича такая умная собачка! Он ей говорит: «Иди за мной» или «Не иди за мной». – И что собачка? – Так она или идет за ним или не идет за ним.

– Хаим, ты знаешь, я поставил в огороде такое чучело, что вороны принесли прошлогодний урожай!

В большом городе полицейский останавливает двух евреев и спрашивает одного: – Где ты проживаешь? – Ха! Где может проживать в таком городе бедный еврей из Крыжополя? – С тобой все ясно. А где живешь ты? – спрашивает он другого еврея. – А я его сосед.

Встречаются два антисемита. Один другому рассказывает анекдот: «Идет пархатый еврей, нос длинный, уши из за затылка торчат. А навстречу ему еще более пархатый – нос еще длинней, уши еще корявей». – А дальше? – А дальше я забыл.

Почему в Англии нет антисемитизма? Потому что англичане не считают себя хуже евреев.

– Хаим, приходи ко мне на чай. – Почему бы нет! – Ну нет – так нет.

– Скажите, вы еврей? – Нет, я просто устал.

Рабинович стоит на перекрестке возле светофора. Загорается желтый свет, потом зеленый, а он все стоит, не переходит. Снова загорается красный, и так повторяется много раз, но Рабинович все стоит на месте. Наконец один из прохожих не выдерживает: – Рабинович, да чего вы ждете? – Вы знаете, что то я им сегодня не доверяю!

– Как ваша фамилия? – К-к-к-к-коган. – Вы что, заикаетесь? – Нет, заикался отец, когда ему выдавали паспорт. А какой то дурак записал.

– Учитель, у вас проблемы с галстуком. – Здесь? – Ниже. Ниже. Ниже. Ниже. Еще ниже. Еще чуть чуть. О.

– Тетя Сара, а ваш маленький Изя ест газету! – Пускай ест, она вчерашняя

Сидят два еврея, пьют водку. Из закуски – два огурца: большой и маленький. Один выпил, схватил большой огурец и поспешил откусить. – Как же тебе не стыдно! – говорит ему другой. – Взял самый большой огурец, не подумав о товарище! – Ну а ты какой огурец взял бы на моем месте? – спрашивает еврей. – Конечно маленький! – Ну вот и бери!

Объявление на дверях фирмы: «Нужна секретарша со знанием турецкого языка». По этому объявлению приходит Рабинович. – Нам нужна секретарша, а не секретарь. Но турецкий язык вы хотя бы знаете? – Нет. – Так что же вы пришли? – Я пришел сказать, чтобы вы на меня не рассчитывали.

– Сара Исааковна, я вас поздравляю с днем рождения и желаю всего всего самого самого! – Спасибо, дорогая! Ведь никто меня не поздравил, ни одна сволочь, кроме тебя!

– Абрам, это правда, что тебя вчера побили на вокзале? – Меня?! На вокзале?! Какой там вокзал – полустанок!

– Как пройти на Дерибасовскую? – Пройдите вверх по Богатьяновской, потом поверните налево, спуститесь вниз, потом два раза направо, потом вверх по Абельмановской, через три квартала в стороне вы увидите Привоз. В первых рядах вы ни на кого не обращайте внимания – идите прямо в конец Привоза. Там за последним прилавком стоит тетя Песя и продает петуха. Так вот: морочьте яйца этому петуху, а не мне, стоя на Дерибасовской.

– Хаим, ты идешь на карнавал? – Да. – А кем ты хочешь нарядиться? – Сыром. – Как это? – Я сяду в углу дивана, закроюсь газетой и буду вонять.

Новый русский купил себе пропуск в рай. Пришло время, и он им воспользовался. Встретили его ангелы по высшему разряду и для начала провели экскурсию по раю. Вот, говорят, это прекрасные сады с райскими птицами, вот реки шампанского и коньяка, вот сверкающие золотом берега реки. А здесь, пожалуйста, тише, здесь живут евреи. – Почему тише? – Они думают, что они здесь одни.

Петька спрашивает Василия Ивановича: – Василий Иваныч, ты еврей? – Видите ли, Петр.

– Откуда я знаю, что я подумаю, пока не услышу, что я скажу.

Старик еврей заглянул как-то в местечковую кузню и, ни слова не говоря, закурил от огня и вышел. Это стало повторяться каждый день. Наконец кузнец не сдержался: – Послушай, что ты приходишь сюда каждый день, прикуриваешь и даже не спрашиваешь, можно ли. Кто ты вообще такой? – Как кто? Я тот старый еврей, который заходит к тебе прикурить.

– Изя, почему ты сдираешь обои? Они такие красивые! – Я не сдираю – я переезжаю.

– Изя, почему ты не занимаешься спортом? – До завтрака рано, а после завтрака вредно.

Телеграмма: «Рабинович, ё… твою мать! Подробности письмом».

Интеллигентный еврей обратился в психиатрическую больницу, чтобы его подлечили: он постоянно боялся, что его клюнет в задницу петух. Главврач пошел ему навстречу и положил на обследование. Проходит неделя, другая – врач больше не может держать в психушке с виду совершенно нормального разумного человека и решает его выписать. На прощание врач – для профилактики – все же спросил пациента: – Так вы поняли, что вас петух не будет клевать в задницу? – Я то понял, понял ли петух.

На Красную площадь опустился межпланетный корабль с неведомой звезды. Из него вышел здоровенный парень в космическом костюме и стал оглядываться. К нему подбегает маленький еврей и спрашивает: – Скажите, у вас там все такие здоровые? – Все. – И у всех такая блестящая одежда? – У всех. – И у всех такие шестиконечные звезды на груди? – Нет, только у евреев.

Красная Шапочка спрашивает Серого Волка: – Волк, а Волк, почему у тебя такие большие уши? Волк отвечает: – Это чтобы тебя лучше слышать, внученька. – А почему у тебя такие большие глаза? – Это чтобы тебя лучше видеть, внученька. – А почему у тебя такой большой нос? – Потому что я еврей, – сказал Серый Волк и горько заплакал.

– Сколько вы берете? – спросил пациент доктора после осмотра. – Пятьдесят долларов. – Не может быть и речи. – Тогда заплатите двадцать. – Нет. – Тогда десять. – Нет. – Так сколько вы можете заплатить? – Нисколько. – Зачем же вы тогда записались к такому дорогому врачу? – Для моего здоровья мне ничего не жалко.

– Доктор, я буду жить? – А что, без этого никак?

– Хаим, ты знаешь, я заболел. – Сходи к моему знакомому врачу – он за каждый следующий визит берет вдвое меньше. Еврей пришел к врачу и говорит: – Здрасте, вот я опять к вам!

Что делают люди, когда врач им говорит, что осталось жить две недели: американцы закрывают свой бизнес, французы без остановки занимаются любовью, русские все пропивают, а евреи идут к другому врачу.

– Сара, сколько вы весите? – В очках сто двадцать килограммов. – А без очков? – А без очков я не вижу весы.

На паперти сидят двое нищих. У одного из них на груди табличка «Иван», у другого – «Абрам». Проходит народ, кидают Ивану – рубль, Абраму – ничего, Ивану – трешку, Абраму – три копейки. Подходит к Абраму дедок и, жалея, говорит: – Ты бы, милок, тоже написал «Иван», может, подали бы. Абрам – Ивану: – Слышь, Мойша? Он нас бизнесу учить будет!

Додик – Менделю: – Рабинович просит у меня денег. Не знаю, стоит ли ему давать. – Обязательно дай. – Почему «обязательно»? – Иначе он попросит у меня.

К мультимиллионеру Бродскому приходит молодой еврей. – Господин Бродский, у меня есть к вам предложение. Мы можем оба заработать по триста тысяч. – Триста тысяч – хорошие деньги. Что за предложение? – Я слышал, что вы даете за своей дочкой шестьсот тысяч приданого. Так вот, я согласен взять ее за триста!

Страховой агент уговорил Беню застраховаться от пожара и ограбления, а затем предупредил: – Но вы понимаете, что компания не возместит вам убытков, если вы сами подожжете свой дом. Беньямин кричит жене в другую комнату: – Геня, я сразу почувствовал, что в этом деле что то нечисто!

Доктор – пациенту: – Что-то вы сегодня плохо выглядите. – Ха, доктор, думаете вы большой красавец?

Еврей нашел кошелек. В нем не хватало двух рублей.

Находясь в трудном финансовом положении, правительство кайзера Франца Иосифа попросило заем у крупного еврейского банкира. При подписании соглашения первый министр шепнул ему на ухо: – Ваш сын опасный анархист. Лучше отправьте его за границу, иначе мы вынуждены будем его арестовать. Услышав эту новость, банкир отложил золотое перо. – Не подпишу. Заем отменяется. – Но почему? Разве вы не доверяете австрийской монархии? – Не доверяю. Что это за монархия, если она испугалась моего Мони?

– Сема, ты помнишь, что должен мне сто баксов? – До конца своих дней помнить буду!

Выходит старый еврей из своего дома и видит: над городом огромная радуга. Посмотрел он и говорит: – О! На это у них деньги есть!

В Штатах воспитательница детского сада просит пятилетних детей назвать самого знаменитого человека во все времена. За правильный ответ она обещает два доллара. Ребенок с шотландскими корнями назвал святого Патрика; ребенок ирландского происхождения – святого Андрея, а еврей сказал, что самым знаменитым был Иисус Христос. Учительница похвалила еврейского мальчика: – Правильно. Молодец! Но ведь ты иудей, почему же ты назвал Христа? – В душе я знаю, что самым знаменитым был Моисей, но бизнес есть бизнес!

– Мойша, ты знаешь, в Одессе черная икра стоит девятнадцать копеек за килограмм! – Не может быть! Но все равно очень дешево.

Если гора не идет к Магомету, значит, евреи заплатили больше.

Еврей стоит у синагоги и просит милостыню. Рядом с ним собачка играет на скрипке Моцарта. – Послушайте, – говорят ему, – с такой собачкой вы могли бы зарабатывать на Западе миллионы. – Не получится. Она так хочет стать врачом.

Рабинович показывает дачу, которую продает, супружеской паре: – Давайте поступим следующим образом: вы назовете цену, за которую хотите приобрести дом, мы от души посмеемся, а потом поговорим о деле.

– Чем вы занимаетесь? – спросил судья свидетеля-еврея. – Прошу прощения, я кручусь. – И с этого вы живете? А предположим, что я начну крутиться. Будет такой же результат? – Нет. Но если я буду крутиться возле вас, то и вы сможете жить, и я.

Каждую пятницу пожилой бедняк-еврей бесплатно обедал в доме у богача. Однажды он явился на обед вместе с молодым человеком, которого тоже посадил за стол. – А это кто? – спросил хозяин дома. – Это мой зять. Я обещал содержать его первый год после женитьбы.

– Продаются ли у вас такие спички, чтоб головка была с другой стороны? Ответ продавца нееврея: – Таких не держим. Ответ еврейского продавца: – Сейчас посмотрю. На верхней полке завалялась, кажется, одна коробка…

Еврей набирает номер цирка, но попадает в ЦИК: – Але, это цик? – Да, это ЦИК. – А какие сегодня будут хохмочки? – Адрес? Сказал адрес. Приехал «черный ворон», и еврея забрали в НКВД. Отсидел немало и вернулся домой. Вновь набирает номер цирка, но попадает опять в ЦИК: – Але, это цик? – ЦИК на проводе. – А будут сегодня хохмочки? – Ваш адрес? – Нет, эту хохмочку я уже знаю!

Еврей на рынке продает вареные яйца. – Хаим, почем ты продаешь вареные яйца? – По десять рублей. – А покупаешь? – По десять. – Так зачем тебе все это надо? – Во первых, я при деле, а во вторых, кушаю бульон.

– Почем стоит доехать до Дерибасовской? – Пять рублей. – А если я поеду с Изей? – С Изей, без Изи – пять рублей. – Изя, ты слышишь? Я ж говорил, что ты ничего не стоишь!

Судился еврей с армянином. Журналистов в зал не пускали. По окончании процесса они все таки спросили у судьи, чем дело кончилось. – Прокурору дали пятнадцать лет.

Зашел один еврей в кошерный ресторан в Нью Йорке. Его обслуживает официант китаец, прекрасно говорящий на идиш. – Скажи мне: как ты нашел официанта китайца, говорящего на идиш? – спрашивает еврей хозяина ресторана. – Тихо, – оглядывается хозяин, – он думает, что это английский.

– Сема, вы еврей? – А что, что то случилось?

– Рабинович, вы слышали? Изя серьезно заболел! – Интересно, зачем это ему понадобилось?

Двух евреев, одного со сроком десять лет, а другого – пятнадцать, поместили в одну камеру. Тот, кому дали пятнадцать, говорит: – Хаим, ложись ближе к двери. Тебе раньше выходить.

Тысяча девятьсот тридцать седьмой год. Один еврей спрашивает другого: – Как живете? – Как в автобусе. – ? – Одни сидят, другие трясутся.

Рабиновича назначили агитатором на выборах, и он ходит от одних дверей к другим: – Извините, меня просили вам передать, что советская власть – самая лучшая в мире. Извините за беспокойство, до свидания.

Непослушного еврейского мальчишку отдали к ребе на обучение и воспитание. Через короткое время ребе в ужасе пришел к родителям и сказал, что с этим бандитом он справиться не может. Тогда мальчика отдали попу. Через некоторое время мальчишка стал как шелковый. На вопрос о том, что на него повлияло, мальчик ответил: – Когда я увидел у них на кресте распятого нашего человека, я понял: эти не шутят.

Армия. На пост заступают трое – русский, татарин и еврей. Приказ строгий: водку не пить, в карты не играть, не безобразничать. Стоят они на посту, делать нечего. Один говорит: – Может, хоть в картишки сыграем? – Давай! Играют, в азарт вошли, а тут, как назло, главком: – Ну что, в картишки режемся?! – Никак нет! – Ну вот ты, скажем, русский? – Так точно! – Православный? – Так точно! – Так клянись на Библии, что в карты не играл. – Hy клянусь. – Так, ты узбек? – Ну! – Мусульманин? – Ага. – Ну ка клянись на Коране, что в карты не играл. – Клянусь. – А ты еврей? – Ну да. – Ну ка клянись Торой, что в карты не играл. – Ну что я вам, спрашивается, буду клясться? Тот не играл, этот не играл, а я что, сам с собой играл, что ли?

Рассказывают про одного атеиста, который вошел в синагогу, чтобы заявить, что он не видит смысла в хранении свитков Торы, в запретах делать то и это, да и вообще в соблюдении давно устаревших обрядов. – Если я не прав, пусть Бог докажет мне мою неправоту. И тут голос свыше торжественно промолвил: – Ты прав.

Абраша, фельдшер, приходит к своему приятелю страховщику Шмулю. – Шмуль, я принял православие. – ? – Я пришел лечить попа, и тот меня убедил. – Давай я тоже к нему схожу. – Сходи. Через некоторое время Абраша спрашивает Шмуля: – Ну что, был у попа? – Был. – Ну и как? – Я его застраховал.

Пограничник-кореец уходил в дозор с овчаркой и всегда возвращался без нее. А собаки все ученые, дрессированные. Начальству стало жаль собак (кореец их съедал), и оно пригласило гипнотизера. Тот стал внушать корейцу: – Ты не кореец – ты еврей, ты не кореец – ты еврей… А тот опять возвращается без овчарки. Тогда решили посмотреть, в чем же дело. Смотрят: сидит кореец, гладит овчарку и говорит: – Ты не овчарка – ты фаршированная рыба.

Восьмилетний Изя захотел стать русским и сказал об этом родителям. Его поставили в угол, чтобы как следует подумал. Проходит час, два… – Изя, ну ты не передумал стать русским? – Передумал. За эти два часа столько натерпелся от этих евреев!

Урок атеизма. – Дети, – говорит учительница, – мы сейчас увидим, что Бога нет. Давайте все вместе посмотрим на небо и покажем туда фигу. Все посмотрели и показали. Один Мойша не стал показывать. – Почему? – спросила учительница Мойшу. – Ну, – ответил Мойша, – если Бога нет, так нет, а если есть, то зачем идти на принцип?

В соседних домах жили поп и раввин. «Ну что, – однажды сказали они друг другу, – мы, в общем то, делаем одно дело, служим людям, помогаем им стать лучше. Давай снесем забор между нашими домами, будем жить в одном пространстве». Снесли. Посадили общий сад. Сделали общую калитку. Потом купили общую машину. И вот в ночь после покупки поп подумал: «Дай ка я все таки пойду окроплю машину святой водой». Встал с постели и пошел кропить. Смотрит – а у машины кончик выхлопной трубы обрезан.

Урок литературы. – Марь Иванна, а что такое в русском языке «епи кругом»? – Мойша, нет такого выражения. – Ну как же нет! Вот вы задавали «Руслана и Людмилу» Пушкина. Так там так сказано: «И днем, и ночью кот ученый все ходит, поц, епи кругом».

Один старый престарый еврей год добивался встречи с Папой Римским. Наконец ему дали аудиенцию. При встрече Папа с удивлением спросил дряхлого еврея, что же ему может быть нужно от понтифика. Еврей ответил вопросом на вопрос. Показывая на картину Леонардо да Винчи «Тайная вечеря», он произнес: – Скажите, это ваши люди изображены на картине? – Наши. – Они не заплатили за ужин.

Еврей сошел на вокзале в Берлине и спросил у первого встречного немца: – Скажите, как вы относитесь к евреям? – О, это такие умные, талантливые люди. Еврей не дослушал и обратился к другому немцу с тем же вопросом. Тот отвечает: – Это самый светлый народ, мы так виноваты перед ним. Еврей подошел к третьему немцу: – А вы как относитесь к евреям? – Пархатые жиды, они захватили всю власть и все деньги. Как я их ненавижу! – Я вижу, вы честный человек. Посторожите, пожалуйста, чемодан.

Два еврея полетели на космическом корабле. Один из них вышел в открытый космос, поработал там и постучался в люк корабля. Изнутри послышалось: – Шура, это вы?

Два еврея едут в купе. – Рабинович, скажите, куда вы едете? Рабинович думает: «Если я скажу, что еду в Бердичев, он поедет туда же и испортит мне торговлю. Если я скажу, что еду в Тулу, он поймет, что я вру, поедет в Бердичев и испортит мне торговлю. Так я ему скажу, что еду в Бердичев, чтоб он подумал, что я еду в Тулу». – Так куда вы едете, Рабинович? – Я еду в Бердичев. – Нет, вы врете, вы едете в Бердичев.

Контролер в поезде обращается к еврею: – У вас билет до Херсона, а поезд едет в Конотоп. – И часто ваши машинисты так ошибаются?

У Абрама, владельца магазина, дела идут из рук вон плохо: клиентов почти нет, кредиторы грозят судом, в общем, бизнес на грани разорения. Абрам приходит в синагогу и начинает молиться: – О Боже, сжалься надо мной, спаси: пошли мне всего двадцать тысяч евро, и половину этих денег я потрачу на благотворительные цели, клянусь! Ну а если ты, Боже, мне не доверяешь, то пошли хотя бы десять тысяч.

Трое спорят, чей Бог лучше. – Вот я летел на самолете, двигатели отказали, я помолился Богу, и самолет благополучно приземлился, – рассказал мусульманин. – А я умирал от насморка, помолился Богу, и он меня вылечил, – сказал христианин. Третью историю рассказал еврей: – Иду я по Иерусалиму в субботу и вдруг вижу на земле сто баксов. Я помолился Богу. Так у всех была суббота, а у меня четверг.

В поезде на полке лежит полная пожилая еврейка и стонет: – Как я хочу пи-ить, как я хочу пи-ить… И так полчаса. Парню, который также ехал в том же купе, надоело ее слушать, и он принес воды. Еврейка попила и стала стонать: – Как я хотела пи-ить, как я хотела пи-ить…

В купе. – Вы знаете, в нашем поезде едет Эйнштейн. – А кто это такой? – Он изобрел теорию относительности. – А что это такое? – Ну скажите: три волоса на голове – это много или мало? – Конечно, мало. – А три волоса в супе? Это и есть теория относительности. – И что, с этой хохмой он прославился?

ак то хасид Нюма решил жениться. Он пришел к своей невесте и сказал о своих намерениях. – Все в тебе хорошо, Нюма, – сказала невеста. – Только смени костюм, оденься цивильно и сбрей пейсы. Нюма так и сделал. Пришел к невесте в новом смокинге и стриженный у лучшего парикмахера. Невеста сказала: – Вот теперь хорошо. Тогда Нюма пошел через дорогу в синагогу договориться о свадебном наряде. И на середине пути его сбила машина. Нюма предстал перед Богом и спросил его: – Господи, я соблюдал субботу и все обычаи, не ел трефного, молился и славил тебя каждый день. За что же ты покарал меня в такой счастливый день?! – Нюма, так это был ты? А я тебя не узнал…

Моня всю жизнь хотел поговорить с Богоматерью. Вот он умер, попал в рай и увидел там наконец Божью Матерь. – Я все время хотел спросить: почему у вас всегда такое грустное лицо? – Моня, если бы ты знал, как мы хотели девочку…

Как то к Моисею, который думал, как вывести свой народ из Египта, подошел человек и сказал: – Мойша, давай сделаем так: ты подведешь народ к Красному морю, оно раздвинется, вы пройдете, а потом его воды сомкнутся. – Очень рискованно. А что я с этого буду иметь? – Много не обещаю, но публикацию в Ветхом Завете гарантирую.

После встречи с Богом Моисей возвращается к евреям и сообщает: – Есть две новости: хорошая и плохая. – ? – Хорошая: сошлись на десяти. Плохая: включили прелюбодеяние.

Бедный еврей пришел к ребе. – Ребе, мне нечего кушать, дай мне работу. – Хорошо, иди ко мне писарем. – Но я не умею писать. – Ну тогда у меня есть два доллара – так на тебе один. Еврей взял доллар, купил на него пачку сигарет, продал за два – купил четыре, продал четыре – купил восемь, потом ларек, потом магазин, потом пароход, потом самолет, потом рудник в Намибии. Став мультимиллионером, он проходил как то по Сорок седьмой авеню и увидел в витрине бриллиантовое колье для своей женщины. – Сколько оно стоит? – спросил он у продавца. – Три миллиона долларов. – Хорошо, – сказал еврей и стал отсчитывать три миллиона по сто баксов. Продавец удивился: – Вы могли бы выписать чек! – Но я не умею писать. – Как это может быть? – Если бы я умел писать, то был бы писарем в синагоге.

– Ребе, что такое жизнь? – Зачем ты хочешь испортить ответом такой прекрасный вопрос?!

Набожный еврей все время молился. Но вот случилось сильное наводнение, и он перебрался на крышу дома, чтобы продолжать молиться. Вода между тем прибывала. На лодке подъехали спасатели и предложили еврею спастись, но он отказался и продолжал молиться: «Бог меня спасет!» Через некоторое время к дому пригнали плот, чтобы еврей наконец спасся. Но он продолжал молиться, утверждая, что его спасет Бог. Последнее, что видел еврей, – это вертолет, сбросивший ему веревочную лестницу. Молясь, он отверг и эту помощь, восклицая: «Бог меня спасет!» Еврей утонул. Представ перед Богом, он спросил, почему тот его не спас. Бог ответил: «Дурак ты старый, я три раза за тобой посылал!»

В синагогу принесли щенка и обратились с просьбой к раввину сделать щенку обрезание. – Как вы смеете! Это же синагога, а не ветеринарная лечебница! – Плачу сто тысяч. – Так вы бы сразу сказали, что песик – еврей.

Начинающий толкователь Талмуда явился к своему учителю с шедевром – собственным толкованием Мишны – основополагающей части Талмуда. – Лучше б вы вообще перестали писать, – сказал ему учитель. – Это вас никуда не приведет. – А если я перестану писать, – спросил толкователь, – это приведет меня куда нибудь?

Слепой Мордехай пришел к раввину и спрашивает: – Что ты сейчас делаешь? – Пью молоко. – Что такое молоко? – Такой белый напиток. – Что значит «белый»? – Ну как лебедь, такая птица с изогнутой шеей. – Раввин согнул руку в локте и дал ее пощупать Мордехаю. – Вот что значит «изогнутый». Мордехай тщательно ощупал руку и сказал с благодарностью: – Спасибо тебе, ребе! Теперь я знаю, как выглядит молоко!

– Ребе, у меня сегодня гости. Можно ли мне приготовить немножко свинины? – Конечно нет. Как ты можешь спрашивать? – Ребе, но я всю жизнь хотел попробовать свинину, и гости тоже. – Я раввин и не могу разрешить тебе этого. – Но я сам видел, как ты вчера ел свинину! – Да, но я никого ни о чем не спрашивал.

– Ребе, у меня дохнут куры. Что делать? – Кидай им зерно в круг, предварительно его начертив. Еврей начертил круг, стал кидать в него зерно, но куры все равно дохли. Тогда он опять пришел к ребе: – Что делать? – Нарисуй квадрат и бросай зерно в квадрат. Еврей нарисовал квадрат, стал бросать в него зерно, но куры все равно дохли. – Что делать, ребе? – Нарисуй треугольник и бросай зерно в треугольник. Еврей нарисовал треугольник и стал бросать туда зерно. Куры сдохли все. – Ребе, все куры сдохли. – Жалко, у меня было еще столько идей.

– Ребе, что такое альтернатива? – Это когда у тебя есть куриные яйца и ты можешь делать с ними все, что захочешь: можешь сварить, можешь сделать омлет, а можешь их высидеть – тогда у тебя будут цыплята, затем куры, которые потом будут давать яйца, из них цыплята, потом опять яйца, потом ударит гром, молния и все пропадет. – Так в чем же альтернатива? – Утки.

Двойра стоит на платформе и плачет. Подходит ребе и спрашивает: – Что ты плачешь? – Я опоздала на поезд. – На сколько ты опоздала? – На две минуты. – А плачешь как на полтора часа.

– Ребе, почему все считают, что евреи страшно богаты? – Должно быть, потому, что евреи расплачиваются за все.

– Вчера я был у Яши. – И что ты там делал? – Играл на рояле. – Мне тоже не очень нравится эта семья.

Хаим пришел к ребе. – Ребе, нет денег, чтоб кормить малых детей – мрут от голода. Дай денег хотя бы на молоко. – Хорошо. Иди домой, и у тебя будет то, что ты хочешь. Хаим пришел домой и увидел, что у него выросли две молочные груди. Он ими досыта накормил детей раз, другой, третий. Груди, однако, так у него и остались. На следующий день, обеспокоившись, он опять пришел к ребе. – Ребе, я просил у тебя денег на молоко, а не грудей на моем теле. – Знаешь, мне проще сотворить чудо, чем дать денег.

Умирает ребе. Один за другим у одра выстроились его ученики. Первый ученик склонился над ребе и спрашивает: – Ребе, так что же такое жизнь? – Жизнь как бочка, – многозначительно отвечает ребе. Первый ученик передает второму: – Жизнь как бочка. Второй третьему: – Жизнь как бочка. Третий четвертому: – Жизнь как бочка. И так по цепочке. Наконец слова доходят до мальчишки, безразлично ковыряющего в носу. – А почему как бочка? – удивленно спрашивает мальчишка. – А почему как бочка? – отсылает вопрос дальше последний ученик. – А почему как бочка? – передается вопрос к впереди стоящим. Вопрос доходит до первого ученика, и тот спрашивает ребе: – Ребе, а почему как бочка? – Ну так НЕ как бочка…

Сват сватает единственную дочь местечкового богача. Перечисляет все достоинства жениха, под конец говорит: – Но есть у него один маленький недостаток: заикается. Обеспокоенная мать невесты: – Что, всегда? – Упаси боже! Только когда говорит.

Хана родила первенца. Вечером сходятся гости. Чтобы уберечь дитя от злых чар, родители убирают колыбель в темный угол комнаты и вместо ребенка прикрывают одеялом старую собаку. Однако пожилая соседка Двойра не может перебороть любопытство. Она приподнимает краешек одеяла, таращит глаза и говорит: – Дай ему Бог здоровья! Вылитый отец!

Однажды приятель зашел к еврею в его магазин и услышал, как тот беседует с покупателем: – Вы посмотрите, какие прекрасные крючки! А к ним грузила. А к грузилу набор карабинов и лесок. А к лескам замечательный спиннинг. А к спиннингу отличная палатка. Берете? Хорошо. А к палатке лодка. А к лодке моторчик. Берете? Очень хорошо. А к моторчику брезентовый костюм с подогревом. А к костюму джип. Покупатель приобрел все, что ему предложил еврей, а приятель восхитился: – Здорово ты обработал этого рыбака! – Он не рыбак. – ? – Он сказал, что ему нужны прокладки для жены, а я его спросил: что он будет делать всю эту неделю?

В гостях: – Скажите, у вас есть чай? – Нет. – А кофе? – Есть чай.

– Мойше, скажите, вы с вашей Басей счастливы? – А куда деваться?

– Сара, ты помнишь, как мы опоздали на последний пароход в Стамбул и ты держала меня за руку? – Да, я всегда держала тебя за руку. – Ты помнишь, как закончился НЭП, меня посадили и ты держала меня за руку? – Да, я всегда держала тебя за руку. – Ты помнишь, как в тридцать седьмом мне дали пятьдесят восьмую и ты держала меня за руку? – Да, я всегда держала тебя за руку – Ты помнишь, как меня взяли, когда было «дело врачей», и ты держала меня за руку? – Я всегда держала тебя за руку. – Так, может быть, все неприятности у меня были оттого, что ты держала меня за руку?!

– Мендель, ты не мог бы одолжить мне пятьсот рублей? – Пятьсот рублей? Столько я и родному брату не одолжу! – Ну, своих родственников ты знаешь лучше.

– Это твой родной брат? – спрашивает Додик Менделя. – Да, но он мой дальний родственник. – Как это может быть? – Я родился первым, а он был в семье одиннадцатым.

– Знаете, на еврейской свадьбе жених, по обычаю, не может поцеловать невесту. – Почему?! – Потому что рядом с женихом сидит его мама и все время твердит: «Кушай! Кушай! Кушай!»

– Мама, как мине правильно писать – «флякончик» или «фликончик»? – Ой, напиши «пизурок», и все!

– Роза Соломоновна, что, ваша дочь родила? – С чего вы взяли? – Я видела, как она в парке вчера кормила ребенка грудью. – Ой, так почему же сразу родила?! Если у девушки есть молоко и свободное время, отчего бы ей не покормить в парке ребенка грудью?

Рабинович встречает Изю и говорит ему: – Я купил ботинки на два размера меньше. – Уже на ботинках экономишь? – спрашивает Изя. – Да нет, – объясняет Рабинович, – просто, когда домой заходишь, там жена истеричка, там сын наркоман, там сосед орет, а ты снимаешь туфли, и так хорошо…

– Правда ли, что ваша дочь выходит замуж? – Да, постепенно.

– Хая, смотри, какие у тебя кривые и волосатые ноги! – А! Какая разница, на чем ходить на работу.

– Ты знаешь, моя жена так хорошо готовит и вышивает на пяльцах. – Ха! Моя тоже не очень большая красавица.

– Хаим, Сарочка уже три года как умерла, почему ты не женишься? – Ты знаешь, я ищу женщину с астмой. – ? – После Сарочки осталось столько лекарств.

– Алло, Хаим дома? – Пока да! – И я могу зайти? – Только быстро – через час выносим.

Сара на смертном одре. – Сруль, – обращается она к мужу, – я скоро умру. А ты, едва меня похоронишь, забудешь, какой я была тебе прекрасной и верной женой, и станешь ухлестывать за другими. – Сара, – успокоил ее Сруль, – сперва умри, а потом мы поговорим.

Верующий еврей Шломо лежит в госпитале при смерти. Его семья пригласила раввина быть с ними в этот тяжелый момент. Когда раввин встал у кровати больного, состояние Шмуля явно ухудшилось, и он судорожными движениями руки показал, что хочет что то написать. Раввин с любовью подал ему ручку и лист бумаги. Шломо из последних сил нацарапал записку и умер. Раввин решил, что сейчас не время читать записку, свернул ее и положил в карман пиджака. На похоронах, когда он заканчивал свой панегирик покойнику, раввин вспомнил, что на нем тот самый пиджак, в котором он был в момент смерти Шломо. Раввин сказал: «Знаете, Шломо дал мне записку прямо перед смертью. Я ее еще не прочел, но, зная Шломо, я уверен, что она содержит слова утешения для всех нас». Он развернул записку и прочел: «Ребе, сойди с моей кислородной трубки!!»

– Хаим, ты удачно женился? – Нет. – Почему? – Окна во двор.

– Ой, ваш Абрамчик на лицо – вылитый папа! – Это не страшно, был бы здоров!

– От чего умер Рабинович? – От гриппа. – Ну грипп – это ерунда.

Умирает старый еврей. У изголовья стоит его жена Сара и скорбит по уходящему мужу. Он говорит ей: – Сара, скоро я умру. Я хочу, чтобы ты выполнила мою последнюю просьбу. Я прошу, чтобы, когда меня пойдут хоронить, по одну сторону от гроба шла ты, Сара, моя жена, с которой я прожил всю жизнь. Но я хочу, чтобы по другую сторону гроба шла моя последняя любовница Рива, ты ее знаешь. И тогда я спокойно отойду в мир иной… Сара, побагровев: – Чтобы я шла за гробом с этой потаскухой, этой тварью и сумасбродной сукой?! – Да, Сара. Ты должна выполнить мою просьбу, а иначе я тебя прокляну! Саpа долго молчала, затем пpоцедила: – Хоpошо. Я выполню твою пpосьбу. Hо имей в виду: эти похороны не доставят мне никакого удовольствия.

– Двойра, наша тетя Рахиль умерла, вот письмо из Америки. – Ах, какое несчастье, какое несчастье! – Погоди. Она завещала нам пять тысяч долларов… – Дай ей Бог здоровья.

Встречаются два еврея, один другому говорит: – Слыхал, вчера Абрам умер? Ты на похороны пойдешь? – А что мне Абрам, я его и не знал толком, и не уважал. Вот если б ты умер – я бы обязательно пришел.

Муж Двойры уехал по делам. В это время умирает его сестра. Двойра должна сообщить мужу о несчастье очень осторожно, потому что у него больное сердце. Двойра посылает телеграмму: «Сара неопасно заболела. Похороны в четверг».

Прощаются два еврея. Один другому говорит: – Прощайте. – Почему прощайте? – Ну, видите ли, может быть, вы ослепнете, и вы меня не увидите или вы умрете, и я вас не увижу.

По улице идет похоронная процессия, в гробу лежит полуживой Рабинович. К гробу подходит Хаим и спрашивает Рабиновича: – Что здесь происходит? – Меня хоронят, – отвечает Рабинович. – Но ты же еще живой! – А! Кого это здесь интересует?

Умер Абрам. Надо писать телеграмму родственникам в Израиль. Для экономии денег пишут кратко: «Абрам ай». Приходит ответ: «Ой».

Надпись на надгробной плите: «Сара, теперь ты поняла, что я действительно болел?»

Старый еврей умирает. Перед смертью он зовет к себе внучку и просит ее: – Скажи маме, чтобы она сделала мне бутерброд с икрой. Через некоторое время внучка приходит без бутерброда. – ? – Мама сказала, что надо оставить на потом.

– Скажите, как Рабинович? – Он умер. – Умер-шмумер. Главное, чтобы был здоров.

Еврей прилетает в Израиль. Его встречает многочисленная родня. Он растроган и говорит: – Наконец я приехал в Израиль и смогу умереть на родной земле! – Ну…

Умирает старый еврей. Приходит раввин, открывает большую толстую книгу и начинает читать над ним молитву. – Ребе, – говорит старик, – а ведь мы учились с вами в одном классе. – Да да. Но не надо сейчас об этом. Подумай лучше о своей душе. – А помните, ребе, у нас в классе училась Сара? – Да, но не будем сейчас об этом. – А помните, ребе, эта Сара была такая эффектная? – Помню, но подумай лучше о душе, о жизни загробной. – Так вот, ребе, один раз я ее уговорил, и мы пошли на сеновал, но там было слишком мягко, и ничего не получилось. – К чему сейчас эти греховные мысли? – Так вот, ребе, я и думаю: вот если бы тогда положить Сарочке под тохес эту вашу толстую книгу!

Еврей так азартно играл в карты, что умер прямо за столом. Послали человека сказать жене. – Я из игорного дома Кацмана. – Мой муж играет? – Играет. – Проигрывает? – Проигрывает. – Чтоб он сдох! – Уже.

Хоронят старого еврея. Он приказал родственникам, чтобы после его смерти к нему в гроб положили тысячу долларов из его сбережений. Родственники запихивают купюры в гроб, они вываливаются наружу, их снова засовывают обратно. Тогда подошел старый раввин и спросил: – Евреи, шо вы делаете? – Он завещал положить ему в гроб деньги. – Я говорю, шо вы делаете?! Выпишите ему чек!

У еврея пропал велосипед. Он пришел к ребе и спросил, как ему найти любимое средство передвижения. Ребе сказал: – Позови всех своих знакомых и прочти им десять заповедей. Кто дернется на заповеди «Не укради» – тот и вор. Через некоторое время ребе спросил у этого еврея: – Ну как, собрал знакомых? – Собрал. – Кто то дернулся на заповеди «Не укради»? – Да нет. Когда я прочел «Не прелюбодействуй», то вспомнил сам.

Муж и жена насмотрелись эротического кино. – Сара, а почему ты не кричишь в постели? Давай ты будешь кричать. – Ну хорошо. Легли. Сара: – Уже кричать? – Нет, еще подожди. – Ну а теперь? – Еще рано. – А сейчас? – Давай кричи! – Ой, мене нету денег! Ой, мене дети не кормлены!

От одного старого еврея каждый день выбегают очень довольные молодые особы. Приятель спрашивает его, как это ему удается. – Ты знаешь, в Первую мировую меня контузило. – Так что? – Ты знаешь, так удачно попало.

В субботу Хаим спрашивает Рабиновича: – Рабинович, скажи: любовь – это работа или удовольствие? – Наверное, удовольствие, иначе я бы нанял человека.

– Рабинович, я слышал, вы стали импотентом? – Ой, а что поделаешь… – Ну и как вам? – Сказать честно? Как гора с плеч!

На пляже в Одессе к девушке подходит молодой человек: – Девушка, вы прекрасны! Я вас хочу! – Ой, ну что вы! Я стесняюсь! – Да? Ну извините! – поворачивается и уходит. Девушка кричит ему вслед: – Ой ой ой! Он так хочет, как я стесняюсь!

– Сарочка, говорят, вы обладаете даром соблазнять мужчин. – Даром?

– Мойше, куда вы так бежите? – Спешу исполнить свой супружеский долг. – Так вы же живете в другую сторону! – Туда я уже не донесу!

– Хаим, как твоя сексуальная жизнь? – Прекрасно. Вот восьмой внук родился.

Как то хасид зашел в Варшаве в костел и направился в исповедальню, где за перегородкой сидел ксендз и слушал исповеди, не глядя на исповедующихся. Хасид начал: – Иду я домой, заглядываю за занавесочку в свою квартиру, а там булочник с моей женой. Он ее и так, и сяк, и сбоку, и сверху, и снизу, и опять… Ксендз заерзал. – Так вот, – продолжает хасид, – пошел я напротив в кафе выпить чашечку кофе, возвращаюсь назад, смотрю в окно, а там булочник с моей женой. Он ее и так, и сяк, и туда, и сюда… Ксендз не выдержал и выглянул из за перегородки. Увидев еврея с пейсами в черной шляпе, он очень удивился: – Зачем вы все это мне рассказываете?! – А я всем это рассказываю.

Встречаются два старых еврея. – Хаим, ты знаешь, вчера я познакомился с телеграфисткой. Ты мне веришь? – Я тебе верю. – Ты знаешь, мы пошли в ресторан и пили там шампанское. Ты мне веришь? – Я тебе верю. – Ты знаешь, мы потом пошли ко мне домой и смотрели цветной телевизор. Ты мне веришь? – Я тебе верю. – Ты знаешь, она осталась у меня ночь, и я был с ней четыре раза. Ты мне веришь? – Я тебе верю, но я не верю, что она была телеграфистка. – Почему? – Потому что, когда у тебя последний раз стоял, еще не было телеграфа.

– Хаим, ты знаешь, твоя жена б… – Твоя тоже. – Да, но все таки.

– Слыхали о последнем еврейском фильме ужасов? – «Сарочка моет посуду после ужина».

В кафе приходит старый ортодоксальный еврей и заказывает суп. Ему приносят суп и два куска хлеба. После того как еврей доедает суп, к нему подбегает менеджер и спрашивает: – Вам у нас понравилось? – Да, но ви могли бы дать таки побольше хлебушка! На следующий день еврей опять приходит. Ему дают суп и четыре куска хлеба. Менеджер, предвкушая приятный отзыв, подбегает к нему: – Вам у нас понравилось? – Да, но почему бы вам не дать таки побольше хлебушка!? На следующий день еврею дают восемь кусков хлеба. История повторяется. Наконец, подав еврею к супу батон хлеба и получив тот же ответ, менеджер решает проблему раз и навсегда: он отправляется в ближайшую пекарню и заказывает там полуметровый хлебище, который потом режут на две половины, мажут маслом и подают еврею, когда он приходит. После того как еврей в очередной раз доедает, менеджер подбегает к нему и нервно спрашивает: – Ну как вам у нас? Еврей, хитро: – Хогошо! Но я смотрю, ви опять даете всего лишь два кусочка хлебушка!

Одесское радио спрашивают: – Скажите, как назвать сына, если папа – еврей, мама – русская и оба – националисты? Одесское радио отвечает: – Изяслав.

Ватикан согласился опубликовать текст записки, оставленной Папой в Стене Плача при посещении им Иерусалима. Она начинается словами: «Милый дедушка, забери меня поскорее отсюда…»

Попал еврей в антимир. Идет по антиулице, свернул в антипереулок, заходит в антидом, поднимается по антилестнице, подходит к антидвери, звонит в антизвонок. Дверь открывает антисемит.

Как то раз гуляли четыре раввина в парке и поспорили на одну библейскую тему. Получилось, что три раввина против одного. Тут тот один стал горячо молиться. – Боже, я знаю, что я прав! Пожалуйста, дай какой нибудь знак, чтобы эти тупицы поняли, что они не правы! Тут же небо заволокло тучами и ударил гром. БАБББАХ. – Вот видите, – закричал раввин, – Бог говорит, что я прав! А трое говорят: – Херня всё это! Это просто совпадение! Раввин простер руки к небу и громко сказал: – Боже милостивый, пожалуйста, дай еще один знак! Умоляю тебя! И тут – БАБАХ – молния, как даст в соседнее дерево. – Смотрите! Видите! Я прав! Те трое: – Ну и что! При грозе всегда молния бывает! Не доказательство! Тогда тот раввин закричал из последних сил: – Господи, ну подай ты более весомый знак этим козлам! И тут тучи рассеялись и громовой голос с небес сказал: – О Н П Р А В . Те трое: – Ну и что?! Все равно получается трое против двоих.

Археолог раскопал в одной из израильских пустынь саркофаг с мумией и звонит в музей: – Я нашел мумию. Возраст – 3 000 лет, причина смерти – сердечный приступ. – Очень хорошо, привозите ее к нам на экспертизу. Проходит неделя. Археологу звонят из музея: – Вы были абсолютно правы насчет возраста мумии и причины смерти. Как вы угадали? – Очень просто. У мумии в руке был зажат кусок пергамента с надписью «10000 шекелей на Голиафа».

Убивается вдова старого еврея: – Ой, вы знаете, ему так не везло всю его жизнь, ну вы знаете, ему всю жизнь так не везло, у него все было так плохо… И только когда он умер – вы слышите, – ему таки повезло: когда копали могилу, нашли нефть.

Встречаются два евpея. Один говорит другому: – Абpам, я слышал, ваше дело пpиносит хоpошие деньги. Чем же вы занимаетесь? – Откpыли виpтyальнyю гостиницу в Интернете. – Гостиницу?! Так в ней же нельзя ни жить, ни спать, ни есть. За что же тогда бpать деньги? – За вход и выход.

Прошли соревнования по рыбной ловле. Корреспондент спрашивает победителей, в чем их секрет. Победитель, занявший третье место: – Я работаю хирургом. Однажды я попробовал ловить на человеческий аппендикс. Рыбе очень понравилось. Особенно хорошо на аппендикс идет щука, сазан и голавль. Занявший второе место: – Я тоже работаю в больнице. Удаляю гланды. И я тоже однажды попробовал ловить на гланды. Результат превзошел все ожидания. Окунь, карась, ерш обожают гланды. Вопрос победителю: – Ну а вы, наверно, тоже работаете врачом? Победитель: – Ой, не смешите мои тапочки! Я раввин местной синагоги…

– Рабинович, твоя жена «Б»! – А твоя «В»! – А что такое «В»? – А это между «Б» и «Г».

В Одессе говорят: – Не можешь любить, сиди дружи.

Пошли в кино еврей и чукча. Hа экране разворачивается сцена, где женщина собирается выброситься с 50 го этажа. Чукча и говорит еврею: – Спорим, что она не прыгнет? Еврей: – Прыгнет! Поспорили. Женщина прыгнула и разбилась. Еврей, естественно, выиграл спор, но от выигрыша отказался и объяснил чукче: – Понимаешь, я заранее знал, что она прыгнет – видел уже этот фильм. – Я тоже уже видел эта фильма, но моя думала, однако, что у нее хватит ума во второй раз не прыгать.

Умирает старый Рабинович. Подозвал к себе Сару и говорит ей: – Сара, выполни мою последнюю просьбу! Сожги мое тело в крематории! Прах положи в конверт, напиши там «ТЕПЕРЬ ВЫ ПОЛУЧИЛИ С МЕНЯ ВСЁ» и отправь в налоговую полицию.

Сара и Абрам смотрят выступление знаменитого мага Дэвида Коперфильда. На протяжении всего спектакля Абрам зевает и не проявляет особого интереса к тому, что происходит на сцене. И вот начинается последний номер. На Коперфильда надевают смирительную рубашку, связывают по рукам и ногам, подвешивают за ноги на трех канатах высоко над сценой, под ним ставят частокол из копий, а канаты поджигают. За то время, что канаты горят, Дэвид должен избавиться от пут и спастись. Абрам начинает нервничать. Сара ему говорит: – Абраша, прекрати волноваться, тебе вредно! Сгорает и лопается один из канатов, маг извивается под потолком, пытаясь выпутаться, Абрам начинает вытирать пот со лба. Сара: – Абраша, прекрати волноваться, тебе вредно! Лопается еще один канат, Абрам хватается за сердце. Сара: – Абраша, что с тобой? Ну что ты так разволновался?! Абрам: – Что разволновался, что разволновался? Неужели ты не понимаешь, что если он сейчас упадет и разобьется, то мы можем потребовать вернуть нам деньги за билеты на спектакль!

Маленький мальчик спрашивает отца: – Папа, а мы – евреи? – Ну что ты, сынок, нет, конечно же, нет. – А когда мы ими будем?

Из за потpясающей способности к pегенеpации бессмеpтномy гоpцy Дyнканy Маклаyдy так и не yдалось пpинять иyдаизм…

Спрашивают у Рабиновича: – Скажите, господин Рабинович, вы yмеете игpать на скpипке? – Вы знаете, 10 лет назад y меня был бpат, котоpый был стаpше меня на 10 лет. Как то летом он отпpавился на отдых в гоpод Житомиp, где поселился в одной из лyчших гостиниц, где он пpоводил пpелестное вpемя, имел бассейн и сытный обед, за котоpым познакомился с одной кpасоткой, котоpyю стpастно полюбил и от котоpой подхватил тpиппеp, – так вот она yмела игpать на скpипке.

– Зачем нужен Биробиджан, если есть Израиль? – Не все евреи одинаково полезны!

Встречаются два еврея. Один у другого спрашивает: – Как дела? – Нормально. – Как жена, дети? – Все хорошо. – Как работа? – Да ничего, процветаем понемногу. – Слушай, может, одолжишь 100 рублей? – Может, поцелуешь меня в спину? – А почему в спину? – Но ты ведь тоже издалека начал.

Одесса. Еврейский дворик. В один из домов с проверкой входит комиссия из санэпидемстанции. Поднимается на этаж и звонит в первую попавшуюся квартиру. На пороге возникает большая и толстая тетя Сара: – Да? – Здравствуйте, скажите, у вас мыши есть? – Они еще спрашивают, есть ли у меня мыши, конечно, меня есть мыши! – Извините, а где? – Они меня спрашивает, где мыши! Я им отвечаю, Мыши пошел в школу учиться. Он у нас отличник! Крик откуда то из комнат: – Мама, я вас умоляю, не надо врать, Мыши – троешник! Возмущенная тетя Сара: – Караул! Вы гляньте на эту гойшу?! Она хочет, чтобы о моём позоре знал весь город!

Как известно, Гитлер был крайне мнителен и суеверен. Однажды он вызвал к себе прорицателя, чтобы узнать свое будущее. Тот ему говорит: – Мой Фюрер, я вижу в своих книгах, что вы умрете в день еврейского праздника. – Какого? – О, Фюрер, в какой бы день вы ни умерли, он станет большим еврейским праздником!

Учитель спрашивает учеников: – Дети, кто знает, что было в 1799 году? Ну дети, ну кто знает. Как не стыдно. В 1799 году родился великий русский поэт Александр Сергеевич Пушкин! Дети, а кто знает, что было в 1812 году? Встает маленький Моня: – Мне кажется, в 1812 году у Александра Сергеевича была бар мицва…

Молодой католический священник обходит свой новый приход. На углу он видит магазин. Над ним висит вывеска «Рабинович и О’Конел». Священник входит и видит, за прилавком стоит еврей в кипе. Священник обращается к нему: – Я очень рад видеть, как ваш и мой народы дружат. Я просто поражен! – Вы будете поражены еще больше, если узнаете, что О’Конел – это я.

Умирает старый еврей-брокер. Собрался консилиум врачей. Обсуждают его состояние. – Сейчас температура 38,9. Когда дойдет до 41 – он умрет. Еврей поднимается и говорит: – На сорока с половиной продавайте.

Встретились в Нью Йорке два еврея. Один другому говорит: – Мойша, как ты попал в Америку? – Так же, как и ты. Меня тоже шеф послал в Москве в банк с громадной суммой денег.

– У евреев национальное блюдо – фаршированная рыба, у украинцев – фаршированный перец, а у русских – фаршированный целлофан. – А что это? – Сосиски.

Чем отличается Россия от Египта? На Египет Бог наслал десять казней до исхода евреев, а на Россию – после исхода.

Заходит в офис грузин: – Здравствуйте, я к вам от синагоги. – Так вы что, еврей? – Зачэм еврей, пачему еврей? Ви Гоги знаете? Так я от его сина.

Вопрос: – Что такое еврейский свитер? Ответ: – Это то, что надевает еврейский ребенок, когда его маме холодно.

В еврейском ресторане в разгар вечера на эстраду выходит хозяин ресторана и говорит: – А сейчас белый ужин – дамы угощают кавалеров.

Спрашивают маленького еврейского мальчика: – Кем ты хочешь стать? – Генералом. – Но ведь генерала могут на войне убить. – Кто? – Неприятель. – Тогда я лучше стану неприятелем.

Судят еврея за подделку денег. Судья спрашивает: – Почему вы изготовили фальшивые деньги? – Как почему? Потому что настоящие я делать еще не научился.

Звонит один еврей другому: – Послушай, Мойша, у тебя нет на примете честного, хорошего бухгалтера? – Есть, но ему еще год сидеть.

Рабинович высовывается из окопа и кричит: – Не стреляйте, здесь же люди!

На уроке. Учитель: – Помните, дети, мы живем на земле, чтобы трудиться. Маленький Мойша: – Тогда я стану моряком.

Еврейские шахматисты сделали потрясающее открытие: оказывается, других шахматистов просто нет!

Пожилой еврей едет в автобусе и громко вздыхает. Стоящий рядом мужчина спрашивает его, в чем дело. – Ой, вы понимаете, я вот еду на работу, а моя молодая и красивая жена Сарочка сейчас дома одна, и к ней, конечно, пришел этот молодой нахал – Зяма. А вдруг он будет у нее ночевать?! – Ну что вы так переживаете? Сейчас ведь день, а не ночь. – Ой, я вас умоляю, вы не знаете Зяму. Он может и днем переночевать.

Сара покупает меховое манто в магазине и говорит: – Я хочу попросить вас, чтобы вы доставили его мне на дом, но перед тем, как позвонить в мою дверь, по ошибке заглянули бы сначала к моей соседке Фриде.

В поезде в одном купе ехали мать с дочерью, грузин, русский и еврей. Поезд въехал в тоннель, стало темно, ничего не видно. Были слышны только звуки поцелуев и пощечин. Поезд выехал из тоннеля, все сидят как ни в чем не бывало. Мать думает: «Какая у меня дочь молодец! Ее поцеловали, а она пощечину дала!» Грузин думает: «Еще раз в тоннель заедэм, еще раз пацелую!» Русский думает: «Еще раз поцелует, еще раз по морде дам!» Еврей думает: «Еще раз по морде дадут, на следующей станции выйду!»

Мужик моется в бане. Вдруг другой мужик ка а ак окатит его водой из тазика! Первый разозлился, начал материть того. Второй извиняется: – Простите, я думал, вы – Рабинович. Тут первый начал орать еще громче. Второй, удивленно: – Не понимаю, что это вы так за Рабиновича заступаетесь?

В центре Одессы бегает маленький еврейский мальчик и кричит: – Последняя новость! Грандиозная афера! Сто человек обмануто! Прохожий покупает газету и начинает быстро листать номер, а мальчик бежит дальше и кричит: – Последняя новость! Грандиозная афера! Сто один человек обманут!

Абрам застал жену с любовником: – Сарочка, тебе бы еще папироску в зубы – и будешь вылитая проститутка!

По морю-океану плывет еврейский пиратский корабль. На мачте – черный флаг с костями, а ниже – белый. Так, на всякий случай…

Встречаются два еврея. – Ты знаешь, Яша в среду женился?! – По любви или из за денег? – Невесту взял из за денег, а деньги – по любви.

Маленький Мойша пришел домой с прогулки без новых санок. Родители интересуются, куда он их дел: – Вы знаете, у меня их попросил один дедушка, покатать свою внучку. Сказал, что через час он санки принесет к нам домой. Отец, недовольно: – Как же! Принесет он тебе санки! Жди! Мать: – Это хорошо, что наш сын растет таким добрым и отзывчивым человеком. Через час раздался звонок в дверь. На пороге стоял старичок с санками и коробкой конфет. Мойша, тут же внимательно осмотрев санки, заявил: – Все в порядке! Давай конфеты и получи свои часы!

Штирлиц обращается к Шелленбергу: – Слушай, Фима, одолжи сто марок. Радистка Сара рожает. – Штирлиц, не называй вслух мое имя, а деньги одолжи у Мюллера. Штирлиц заходит к Мюллеру: – Сеня, одолжи сто марок, радистка Сара рожает. – Штирлиц, ты сумасшедший! Кругом подслушивающая аппаратура. Соблюдай конспирацию. А деньги попроси у Бормана. Штирлиц звонит Борману: – Дядя Мойша? Это я, Абрам Исаев. Одолжи сто марок, радистка Сара рожает. Борман приезжает к Штирлицу: – Слушай, Абрам, вот тебе сто марок. Но если ты впредь будешь нарушать конспирацию, скажу Гиммлеру, чтобы отправил тебя домой, в Бобруйск!

Сара – Абраму: – Слушай, старый болван! Когда молодой человек попросит руки нашей дочери, достаточно сказать «да», а не целовать его руки и говорить: «Спаситель вы наш!»

Разговаривают две еврейки. Одна говорит другой: – На твоем месте я бы вышла за Исаака. Он точно знает, чего он хочет. – Нет, лучше выйду за Мойшу. Он точно знает, чего хочу я.

К Саре в гости пришел Абрам. Хозяйка угощает гостя: – Вам подать чашечку кофе или рюмочку коньяка? – Лучше чашечку коньяка.

Звонок в дверь. Открывает толстая тетя Фаня. На пороге стоит маленькая Розочка. – Здравствуйте, тетя Фаня. А Абрамчик дома? – А он кушает очень вкусную фаршированную рыбу. Ты, наверное, тоже хочешь кушать? – О, тетя Фаня! Конечно, хочу! – Ну сходи пока домой, покушай.