ВЛАДИМИР БОРОДАЧ: «ДУХ РАЗРЫВАЕТСЯ ОДНИМ МЕТКИМ ВЫСТРЕЛОМ»

№ 13 [481] от 04.04.05 - В пороховницах главнокомандующего Беларуси настолько сухо, что каждый из рядовых граждан нашей страны даже в резерве чувствует себя защитником родины. На минувшей неделе военкоматы Брестской области ломились от наплыва военнообязанных резервистов, рвущихся в бой. При этом безразличный, но патриотичный взгляд некоторых резервистов слегка диссонировал со взором главы государства, который в Барановичах лично убедился, «как на самом деле в реальных условиях готова наша военная машина».

О версиях того, почему и зачем проводится в нашей стране мобилизация резервистов, корреспонденту «Белорусской газеты» рассказал экс-командир 5-й отдельной бригады спецназа, полковник запаса Владимир БОРОДАЧ.

- В Вооруженных силах существует плановый процесс мобилизации и проверки тех или иных подразделений и частей. Явление редкое и дорогостоящее. Цель - прежде всего проверить боеготовность и боеспособность техники, находящейся на консервации. Последняя степень проверки - полное привлечение резервистов, состоящих на учете в данном подразделении по штату военного времени. Именно они снимают технику с консервации, обслуживают ее и выполняют поставленную задачу. Фактически это высшая степень боевой готовности.

- Масштабные учения с привлечением резервистов можно расценивать как полную боеготовность страны?

- Есть несколько степеней боевой готовности. Обычная степень - это солдатские будни любого государства. Повышенная - предполагает серьезную внешнюю угрозу. Полная боевая готовность - фактически начало войны, что сопряжено с призывом личного состава и большими экономическими потерями. В армиях различных стран некоторые части укомплектованы на 10-15%, и это нормально. Есть части, где комплектация составляет 3-4%. Они только охраняют технику на базе, а остальной личный состав - резервисты. Есть части постоянной боевой готовности, но их очень мало.

Для Беларуси проводимые учения - довольно значимое мероприятие. Если они проводятся в рамках всех Вооруженных сил, то это явная подготовка к войне, а если частично, то это обычный процесс боевой и политической подготовки. Все зависит от степени и количества приводимых в полную боевую готовность частей и подразделений. Если ты ожидаешь нанесения воздушных ударов, проверяется ПВО. Если ждешь вторжения в страну, проверяются мотопехотные и танковые подразделения, приводятся в боевую готовность разведчасти.

- Насколько мобилизация резервистов соответствует декларируемым утверждениям о том, что наша армия готова выполнить любую задачу?

- Если народ поймет, что наше государство хочет отвоевать, а не решить какую-то локальную проблему или не дать провести какую-то операцию в целях демократизации, то мы, безусловно, в состоянии оказать более жесткое сопротивление, чем это было сделано, скажем, во время последней войны в Ираке. Если кто-то захочет отобрать у нас нашу землю, мы будем стоять за свое отечество и сможем, ну несколько недель, а может, и месяцев, простоять одни. Естественно, при поддержке России такого рода события в нашей стране невозможны.

А если кто-то рассчитывает, что сила может использоваться внутри страны, то сегодня это исключено. На каком-то этапе в будущем, при определенном развитии событий, кто-то, может, и предполагает различные сценарии действий, поэтому нужно проверить боеспособность подразделений, чтобы их можно было привлечь для решения тех или иных вопросов. В пользу или против народа - это другое дело.

- Не связана ли проводимая мобилизация с последними событиями на территории экс-СССР?

- Этого нельзя предполагать - невозможно ради частных интересов нескольких конкретных людей подвергать страну такому тяжелому испытанию, как война. Надеюсь, мобилизация - всего лишь плановый процесс подготовки. И сегодня у нас нет ни противников, ни даже друзей, с которыми мы решали бы международные или внутренние вопросы силовыми методами. Давить силой и бряцать оружием - удел великих государств. А таких осталось не много - США, Китай и пока Россия.

- Так ли необходимы резервисты для поддержания боеспособности?

- В армиях со 100-процентной профессиональной комплектацией и то существует резерв на случай войны. Но там легче, поскольку в случае необходимости поднимается профессиональное подразделение и решает все вопросы. Профессионалы там спят, живут и работают в казарме. На такую систему сейчас частично пытается перейти Россия, но при ее экономическом потенциале это невозможно. Это тот случай, когда в профессиональные солдаты пойдут олигофрены и бомжи. Кто пойдет на $100-150 контрактником в воздушно-десантную дивизию, которая послезавтра может вступить в бой? Это просто унижает человека. За какие интересы родины должен умирать боец, если он не имеет в своей стране никаких интересов?

- В Беларуси не переходят на контрактную систему тоже по финансовым обстоятельствам?

- Контрактная армия - удел богатых. Единственное, что можно сейчас сделать у нас, это перевести отдельные части и подразделения на постоянную и профессиональную основу.

- А способны ли люди, давно позабывшие о своей срочной военной службе, проявить высокий уровень армейской подготовки?

- Никто никого не спрашивает об уровне. Каждый из резервистов в свое время состоялся как солдат в той или иной степени. Если человек когда-то водил БМП или танк, то он как танкист состоялся. Но, учитывая перемены оптического оборудования, системы прицеливания и стабилизации и т.д., возникает вопрос: сумеет ли этот человек освоить современную технику и быть эффективным солдатом?

Пока существует нынешняя система Вооруженных сил, мобилизация резервистов необходима. Нужна умеренная и продуманная смешанная система комплектования армии. Часть - профессионалы, а часть - те, кто имеет навыки армейской службы. Только профессиональных солдат мы не сможем даже накормить. Хотя боевой материал у нас гораздо лучше, сильнее в сравнении со многими странами. Но только с точки зрения бойцовских, душевных качеств. У нас ведь человек умирает за власть Советов и за мечту. Американцы так не могут, но они профессионалы. И одного духа здесь не хватит. Дух разрывается одним метким выстрелом. Все определяется обеспеченностью. Война сегодня - это война технологий, техники, разума.

Если денег нет, то хоть в два раза больше армию набери, эффект будет одинаковый. Народу в таком случае нужно либо кормить войска, либо вести трезвую миролюбивую политику и не содержать огромную армию. Конечно, можно всей стране голодать и содержать нормальную армию, но сможет ли эта армия решать поставленные задачи? Рано или поздно эта армия исчезнет, потому как станут рождаться олигофрены, которые не в состоянии пробежать от одного танка до другого или поднять снаряд.

- Резервисты - верный оплот для нынешней власти в случае нежелательных сценариев развития событий внутри страны?

- Эти люди не способны и никогда не будут участвовать в каких-то внутренних конфликтах. Вчера он недоедал, недосыпал, за урожай переживал. И вдруг ему говорят: давай, лупи таких же, как ты, которые взбунтовались. Для таких целей эти солдаты ненадежны. Для решения внутренних проблем надежнее профессионалы. Но эту категорию людей нужно выращивать по определенной системе, им нужно платить, воспитывать. Это очень большая психологическая и идеологическая работа. Думаю, в нашей стране сегодня есть десятки, ну, может, сотни людей, готовых к решению любых поставленных перед ними задач. А большинство имеет собственный запас прочности. Он может в бане напиться и получить строгий выговор, но забыться и выполнить чью-то волю, может не каждый.

В США за последние 50 лет трижды производилась принудительная мобилизация резервистов: в 1968г. в ходе войны во Вьетнаме, в 1991г. во время войны в районе Персидского залива, в 2004г. в связи с военными действиями в Ираке и Афганистане.

В Израиле периодически проводится мобилизация военнослужащих-резервистов в возрасте от 41 года и старше. По израильским законам, резервисты, которые призывались для участия в боевых действиях в течение 10 лет, далее могут быть призваны лишь на штабную службу.

Правительство Великобритании 2 года назад объявило мобилизацию около 10 тыс. резервистов в рамках подготовки к войне в Ираке.

В Швейцарии каждый взрослый мужчина является военнообязанным резервистом и на случай внезапной мобилизации имеет дома автоматическую винтовку с магазином на 20 патронов.

В Норвегии все резервисты также хранят дома казенное боевое стрелковое оружие и в случае мобилизации обязаны с оружием в руках прибыть на сборные пункты.