Песни и стихи начала прошлого века о событиях Русско-Японской войны
Плавно Амур свои волны несет, Ветер сибирский им песни поет. Тихо шумит над Амуром тайга, Ходит пенная волна, Пенная волна плещет, Величава и вольна.
Там, где багряное солнце встает, Песню матрос об Амуре поет. Песня летит над широкой рекой, Льется песня широко, Песня широко льется И несется далеко.
Красоты и силы полны, Хороши Амура волны, Серебрятся волны, Серебрятся волны, Славой Родины горды.
Плачут, плещут, силы полны, И стремятся к морю волны, Серебрятся волны, Серебрятся волны, Славой русской горды.
Красива Амура волна, И вольностью дышит она. Знает волна: Стерегут ее покой. Спокойны реки берега, Шумит золотая тайга. Дышит волна Ее чудной красотой.
Величав Амур седой, Мы храним его покой. Корабли вперед плывут, Волны бегут, бегут, бегут.
Ты шуми, Амур родной, Ты шуми седой волной, В грозном беге прославляй Наш могучий вольный край!
Плавно Амур свои волны несет, Ветер сибирский им песни поет. Тихо шумит над Амуром тайга, Ходит пенная волна, Пенная волна плещет, Величава и вольна.
Вариант С Попова: Плавно Амур свои волны несет, Ветер сибирский им песни поет. Тихо шумит над Амуром тайга, Ходит пенная волна, пенная волна, Плещет, величава и вольна.
Там, где багряное солнце встает, Песню матрос на Амуре поет. Песня летит над широкой рекой, Льется песня широко, песня широко, Льется и несется далеко.
Красоты и силы полны, Хороши Амура волны. Серебрятся волны, Славой Родины горды. Плещут, плещут, силы полны, И стремятся к морю волны. Серебрятся волны, Славой русскою горды.
Красива Амура волна, И вольностью дышит она. Знает волна - стерегут ее покой. Спокойны реки берега, Шумит золотая тайга. Дышит волна ее чудной красотой.
Величав Амур седой, Мы храним его покой. Корабли вперед плывут, Волны бегут, бегут, бегут. Ты шуми, Амур родной, Ты шуми седой волной, В грозном беге прославляй Наш родимый вольный край.
Плавно Амур свои волны несет, Ветер сибирский им песню поет. Тихо шумит над Амуром тайга. Ходит пенная волна, Плещет, величава и вольна.
Казачий марш «Благословен ваш путь далекий»
Благословен ваш путь далекий Герои наши, казаки! Давненько ждет нас враг жестокий… Труды нам будут велики.
Призвал вас Государь Великий Врага-разбойника сразить, Его ночной поступок дикий Своею кровью отомстить.
И вот все жены, дети ваши С слезами провожают вас: "Услышь, Творец, молитвы наши И сбереги родных для нас!"
Нет, не прольется кровь родная: Молитва к Господу дойдет, И слеза детская, святая, У Бога милости найдет.
Кто в желтой Азии не знает, Как силен, ловок, смел казак? Каких врагов он не пугает, Без всяких хитростных атак!
Казачья "беззаветна храбрость" Вошла в пословицу у нас; Казачья сила, сметка, смелость Страшна, японцы, и для вас!
Господь же будет вам защитой, От пуль врагов вас сохранит, И с брани, кровию залитой, Вас невредимых возвратит.
Песня из эсеровской листовки, найденной у «Олега»: БРАТЦЫ, ГОНЯТ НАС ДАЛЕКО.
Братцы, гонят нас далеко От родимой стороны, В степи Дальнего Востока, — А вернемся ли с войны?! Ждет нас стужа, лютый холод, Лютый жар нас будет печь; Ждет безводье, ждет нас голод, Вражьи пули и картечь. Эх, на все пошел бы смело. Все б стерпел: не смерть страшна! Знать бы только, что за дело, Знать, что правая война! Да обидно то, ребята, Что без нужды без лихой Гонят русского солдата Как скотину на убой. В дураках кругом мы, братцы, Распроклятая война! И видать, не глядя в святцы, Для кого она нужна. Распостылое начальство С жиру бесится, а мы Отвечай за их бахвальство, Подставляй под пули лбы!
БРАТЬЯ, ВСПОМЯНЕМ ГЕРОЯ (на смерть Макарова)
Неизвестный автор На мотив "Плещут холодные волны"
Братья, вспомянем героя, Наш адмирал и отец, Спит на дне бурного моря Отчизну любивший боец.
Его все матросы любили, Честно свой долг исполнял, Смерти глядел в глаза прямо, Трусов всегда подбодрял.
Сигнальная взвилась ракета, Бомбы, гранаты летят. Светит прожектор на мачте, Брандера вражьи видать
Мина Уйата с шумом Водную подняла ширь, В волнах Порт-Артура глубоких Русский погиб богатырь.
Спрут на дне бурного моря Щупальцы в тело впустил, Сироты стали матросы – Мало Макаров пожил.
Имя героя и память Чтит его русский народ, Мирно он спит непробудно, Но слава его не умрет.
На подвиг! Музыка Цезаря Кюи Слова Левенталя
"Варяг" идет свершать свой подвиг славный, Принять удар, направленный судьбой. "Варяг" идет в кровавый, грозный бой, В предсмертный бой, жестокий и неравный.
За ним гремит привет родной страны, Победный звук торжественной молитвы. Молись, мой край! Взгляни, твои сыны Сумеют смерть принять в разгаре битвы.
Сумеют выпить чашу горьких мук И, встретив грудью вражьи исполины, В последний час, на дне морской пучины Сокрыть твой клад от святотатных рук! Февраль 1904
«ВАРЯГ» Музыка Федора Богородицкого Слова Я. Репнинского
Плещут холодные волны, Бьются о берег морской… Носятся чайки над морем, Крики их полны тоской…
Мечутся белые чайки, Что-то встревожило их, - Чу. Загремели раскаты Взрывов далеких, глухих.
Там, среди шумного моря, Вьется андреевский стяг, - Бьется с неравною силой Гордый красавец «Варяг».
Сбита высокая мачта, Броня пробита на нем. Борется стойко команда С морем, с врагом и огнем.
Пенится Желтое море, Волны сердито шумят; С вражьих морских великанов Выстрелы чаще гремят.
Реже с «Варяга» несется Ворогу грозный ответ… «Чайки! снесите отчизне Русских героев привет…
Миру всему передайте, Чайки, печальную весть: В битве врагу мы не сдались - Пали за русскую честь.
Мы пред врагом не спустили Славный андреевский флаг, Нет! мы взорвали «Корейца», Нами потоплен «Варяг»!
Видели белые чайки – Скрылся в волнах богатырь, Смолкли раскаты орудий, Стихла далекая ширь…
Плещут холодные волны, Бьются о берег морcкой, Чайки на запад несутся, Крики их полны тоской… Февраль 1904
"ВАРЯГ" Музыка М. Речкунова Слова В. Лугаковского
Пока не дрогнули сердца От стонов раненого брата, Не рвался клич, как звон набата, Из сердца русского певца.
Но лишь в победный русский стяг Свой вызов бросил враг кичливо, При звуках гимна, горделиво, Отпор суровый дал "Варяг".
Я подвиг воинства пою. Пред ним мой дар певца склоняю. И русский гнев благословляю, И славлю родину мою. Май 1904
В ДНИ ВОЙНЫ Слова Б. Репинского
Тяжелые, мучительные дни. Тяжелые, мучительные думы. Как тучи пред грозой, Так медленно ползут они, зловещие, Тревожны и угрюмы. Наступит ночь - В тревожном полусне Забыться хочется, заснуть. И нет покоя. Блеснет рассвета луч - И вновь он рисует Образы кровавые Дней боя. И рвется сердце к ним, Измученным в бою, Слеза дрожит в очах Среди святой молитвы За тех, кто там. вдали. За родину свою Уснул навек Среди других героев Битвы. Октябрь 1904
ВОЙНА Музыка Цезаря Кюи Слова Е. Дмитриева
Война - это слезы невинных страдальцев; Война - это голод, болезнь, нищета, Толпы разоренных, бездомных скитальцев, Ряды безымянных могил без креста!
Война - это грозный огонь-разрушитель, Сжигающий села, губящий плоды, Слепой и бесстрастный, безжалостный мститель, Чудовище мрака и демон вражды!
Война - это кротость улыбки сердечной У ложа больного склоненной сестры И трепет молитвы любви бесконечной, Надежды и веры святые дары.
Война - то порыв бескорыстной отваги, Победа над смертью, победа над злом; Война - это гордо шумящие флаги Над гибнущим судном в огне боевом!
Грозой пролетая над грязью вседневной, Корысти, заботы и пошлых утех, Война - это ангел прекрасный и гневный, Судящий неправду, карающий грех. Октябрь 1904
В ЭТИ ДНИ ИСПЫТАНЬЯ Музыка Цезаря Кюи Слова Е. Никонова
В эти дни испытанья и муки Смерть близка нам. И ночью и днем, С каждым часом ждем вечной разлуки С сыном, с братом, с любимым отцом.
Гром ударил над жизненной нивой. Нет кругом ни единой семьи, Где бы смерть, как рыбак молчаливый, Не раскинула сети свои!
Плачь, о Родина! Лучшие дети, В блеске юных стремлений и сил, В эти страшные ловятся сети И ряды пополняют могил.
Плачь над ними, но духу живого Не губи! В эти тяжкие дни Там, средь ужасов края чужого, Не сгубили его и они!
С сердцем, чуждым тоски и смятенья, За тебя они крест свой несли, С скромным мужеством в грозном сраженье За тебя они в поле легли.
С твердой верой в победу России, В новой славы грядущий восход. Не страшны нам могилы такие, В них народная доблесть живет. Октябрь 1904
ГИБЕЛЬ "СТЕРЕГУЩЕГО" Матросская песня
Волны взрывая, летит "Стерегущий" В туче снарядов навстречу врагам, И перед смертью с волною бегущей Шлет он прощанье родным берегам.
Но берега те родные далеко, Им не дождаться коварной волны. Желтое море темно и глубоко, Солнце зловеще палит с высоты.
Круг замыкает японская стая, Пушки все реже бросают ответ. Вот и последняя бомбой подбита. Бой угасает. Защитников нет.
Лезут японцы. Их жадные взоры Ищут нетронутый пулей мундир. Возле орудий лежат командоры. В рубке убитый лежит командир.
Но, чу! В миноносце послышались стоны - Грозные стоны железных болтов. Это матросы открыли кингстоны, Вьются воронки с обоих бортов.
Вздрогнуло судно, и, плавно качаясь, Медленно шел "Стерегущий" ко дну. Гордо Андреевский стяг, развеваясь, Отдал салют за родную страну.
Кто это были матросы-герои, Знает об этом один только Бог. Но знают наверное, что было их двое. Дух им воинственный в этом помог.
О, Бог наш Всесильный, наш Бог Всемогущий, Милость великую нам окажи! Кто для России спасли "Стерегущий", Спасли от позора для Русской Земли?
ГИБЕЛЬ «СТЕРЕГУЩЕГО» Авторы неизвестны
Помилуй нас, Бог Всемогущий, И нашей молитве внемли! Так истребитель погиб «Стерегущий» Вдали от родимой земли.
Командир прокричал: «Ну, ребята! Для вас не взойдет уж заря. Героями Русь ведь богата: Умремте ж и мы за Царя!»
И вмиг отворили кингстоны И в бездну морскую ушли Без ропота, даже без стона, Вдали от родимой земли.
И чайки туда прилетели, Кружатся с предсмертной тоской, И вечную память пропели Героям в пучине морской.
ГЕРОЯМ "ВАРЯГА" И "КОРЕЙЦА" Музыка В. Шведова Слова А.А.С.
Хвала вам, чудо-храбрецы! Вы славу предков поддержали, И вы, как деды и отцы, Сил вражьих духом не считали!
Вы храбро шли на бой вперед, Вы смело ринулись на битву. Живых теперь Гимн Славы ждет, Погибших, чистые молитвы.
Друзья вы правды и добра, Вы честь родному флагу! Так грянем дружное "У-ра!" "Корейцу" и "Варягу".
Вы с русским гимном на устах Пошли отважно в бой неравный, И у всех наций на глазах Вы совершили подвиг славный.
Мир в изумленьи онемел, Узрев, как русский умирает И как он славный свой удел Пред смертью вновь благословляет.
Гремит народное "Ура" Святым бойцам родного края, Других на подвиги добра Во имя их благословляя.
Друзья, завиден ваш удел, Бессмертье вы купили кровью! Народ - свидетель ваших дел - Вас чистой окружит любовью.
Припев. Апрель 1904
ДВОЕ Музыка П. Щуровского Слова Николая Вильде
Посвящается памяти А. С. Сергеева, командира миноносца "Стерегущий"
Да, память вечная Об этом славном бое! За командиром шел На смертный пост И мичман и матрос. Как погост, Усеялся корабль. Осталось только двое. Лишь слышен вражий шум: "Откройтесь! Сдайтесь!" Кричат чужие люди. Сыны безвестные Родимых деревень, Они сумели встретить Смерти день, Остаться с павшими В почетном мертвом строе. "Никто не склонится! Никто не будет сдан!" И с крестным знаменем, Бесстрашно эти двое В грудь "Стерегущего" Пустили Океан. Апрель 1904
ЗАБЛЕСТЕЛ ВОСТОК ЗАРЕЮ Заблестел Восток зарею, Гул разнесся по горам, И в Маньджурию средь боя Прибыл сам Самсонов к нам.
Вы скачите в бой орлами Удалые казаки, Генерал Самсонов с нами, Сам ведет свои полки.
Казаки перекрестились, Кровь забилася в сердцах, В бой с героем устремились За Царя, врагам на страх.
"Ваши храбры командиры Закаленные бойцы, Не боятся и мортиры В перестрелках удальцы".
Так говаривал нередко Нам Самсонов генерал: "Вы стреляете все метко, Я за вами наблюдал.
Вы, Сибирские казаки, Удальцы и храбрецы, Вы искусные рубаки, В перестрелках молодцы".
Герерал Самсонов с нами Дай Бог здравия ему, Сам командовал полками, Рады мы всегда ему.
Славу Скобелева помнят И поныне казаки, И Самсонова запомнят Все Сибирские полки.
ЗА РЕКОЙ ЛЯОХЭ ЗАГОРАЛИСЬ ОГНИ Неизвестный автор
За рекой Ляохэ загорались огни, Грозно пушки в ночи грохотали, Сотни храбрых орлов Из казачьих полков На Инкоу в набег поскакали.
Пробиралися там день и ночь казаки, Одолели и горы и степи. Вдруг вдали, у реки, Засверкали штыки, Это были японские цепи.
И без страха отряд поскакал на врага, На кровавую страшную битву, И урядник из рук Пику выронил вдруг: Удалецкое сердце пробито.
Он упал под копыта в атаке лихой, Кровью снег заливая горячей, Ты, конек вороной, Передай, дорогой, Пусть не ждет понапрасну казачка.
За рекой Ляохэ угасали огни. Там Инкоу в ночи догорало. Из набега назад Возвратился отряд Только в нем казаков было мало… 1905
ЗА ЦАРЯ И ОТЕЧЕСТВО Гимн
Музыка А. Коптяева Слова В. Рудича
России властелин венчанный Воззвал к народам и вождям: "Забудем гром оружий бранный! Да будет мир отрадой нам!"
В ответ на благостное слово Раздался дерзкий клич войны. И Царь спокойно и сурово Встает за честь родной страны!
Смотри же, враг, под сенью стяга Здесь рать без края и конца. То пламя, Что зажгло "Варяга", Зажгло все русские сердца!
И с твердой верой и любовью Мы все пойдем на смертный бой, Пойдем служить своею кровью Царю и родине святой! 1904
ЗИМА Подражание Майкову
Музыка Ц. Кюи Слова "М.К."
Зима. и последняя вставлена рама. И уличный грохот замолк. Чуть слышится благовест храма, Да ветер в трубе завывает, как волк.
А душу тоскою щемит поневоле, И все не идет из ума Далекое, кровью омытое поле, Где шествует рядом со смертью зима! Январь 1905
НА СОПКАХ МАНЬЧЖУРИИ Музыка Ильи Шатрова Слова Скитальца (Степана Петрова)
Тихо вокруг, сопки покрыты мглой. Вот из-за туч блеснула луна, Могилы хранят покой.
Белеют кресты - это герои спят. Прошлого тени кружат давно, О жертвах боев твердят.
Тихо вокруг, ветер туман унес. Hа сопках Маньчжурии воины спят И русских не слышат слез.
Плачет родная мать, плачет молодая жена, Плачут все, как один человек, Злой рок и судьбу кляня.
Пусть гаолян вам навевает сны, Спите, герои русской земли, Отчизны родной сыны.
Спите, сыны, вы погибли за Русь, за отчизну, Но верьте, еще мы за вас отомстим И справим кровавую тризну. 1906
ОЙ, В КРУЖОК ТЕСНЕЕ ВСТАНЕМ… Ой, в кружок теснее встанем, Как вставали в старину, Песню громкую мы грянем Про японскую войну.
Вспомним день мы тот кровавый, - Много нас тогда легло. Много дрогнул полк бывалый. Слава громкая его.
В Хангеле мы окопались, Все зарылись – не видать. Три дня бились защищались, Пули сыпались, как град.
Вся стрельба по нас открылась Из засадных батарей, Будто солнце в тучах скрылось, Ночь спустилась тьмы темней.
Бил японец, бил снарядом Весом в двадцать пять пудов. Разнеся окопы разом Выбил многих из рядов.
Но и полк стоял наш смело, Он врагу не уступал. Мы палили то и дело, Мы их били наповал.
Не бесславно мы решились Пасть за Родину свою, Думы в памяти кружились Про далекую семью.
Полк кончался… «Но со славой Не теряйте, братцы, сил!» - Так маршанец разудалый, Умирая, говорил.
До конца, друзья, крепитесь, Коль побили нас теперь, - Силой русской запаситесь, Отомстим врагу скорей!
НА РОДИНЕ Татьяна Щепкиной-Куперник
От павших твердынь Порт-Артура, С кровавых манчжурских полей Калека-солдат истомленный К семье возвращался своей.
Спешил он жену молодую И милого сына обнять, Увидеть любимого брата, Утешить родимую мать.
Пришел он. В убогом жилище Ему не узнать ничего: Другая семья там ютится, Чужие встречают его.
И стиснула сердце тревога: Вернулся я, видно, не в срок. «Скажите, не знаете ль, братья, Где мать. где жена. где сынок. »
— «Жена твоя. Сядь. Отдохни-ка. Небось твои раны болят. » — «Скажите скорее мне правду. Всю правду!» — «Мужайся, солдат.
Толпа изнуренных рабочих Решила пойти ко дворцу Защиты искать. с челобитной К царю, как к родному отцу.
Надевши воскресное платье, С толпою пошла и она И. насмерть зарублена шашкой Твоя молодая жена. »
«Но где же остался мой мальчик? Сынок мой. » — «Мужайся, солдат. Твой сын в Александровском парке Был пулею с дерева снят. »
— «Где мать? ..» — «Помолиться к Казанской Давно уж старушка пошла. Избита казацкой нагайкой, До ночи едва дожила. »
— «Не все еще взято судьбою! Остался единственный брат, Моряк, молодец и красавец. Где брат мой. » — «Мужайся, солдат. »
— «Неужто и брата не стало? Погиб, знать, в Цусимском бою?» — «О нет. Не сложил у Цусимы Он жизнь молодую свою.
Убит он у Черного моря, Где их броненосец стоит. За то, что вступился за правду, Своим офицером убит. »
Ни слова солдат не промолвил, Лишь к небу он поднял глаза. Была в них великая клятва И будущей мести гроза. 1905
Еще песня из олеговской листовки: СКАЖИ-КА, ДЯДЯ, ВЕДЬ НЕДАРОМ.
Скажи-ка, дядя, ведь недаром, Подобно ракам и омарам, В душе с отвагой, в сердце с жаром, Мы пятились назад? И что при каждой новой схватке Мы от японцев без оглядки, Но в полном боевом порядке Бежим, бежим во все лопатки, Пускай нам целят в зад.
- Ну, что ж, мой друг? Чего же проще?! Ведь мы надеялись на мощи, С утра ходили до полночи Все по местам святым. И клали низкие поклоны, А вместо пуль для обороны Везли с собой одни иконы, Подвел нас Серафим! Библиотекарь земской губернской библиотеки П. Л. Юдин вспоминал, что в январе 1905 года по рукам ходило следующее сатирическое стихотворение. В стишке аллюзия к известному обстоятельству - в армию на фронт везли эшелонами иконы, а снарядов и патронов не хватало радикально, и солдаты были уверены, что над ними издеваются.
СПИТЕ, ОРЛЫ БОЕВЫЕ Спите, орлы боевые, Спите с спокойной душой! Вы заслужили, родные, Славу и вечный покой.
Долго и тяжко страдали Вы за отчизну свою, Много вы грома слыхали, Много и стонов в бою.
Ныне, забывши былое, Раны, тревоги, труды, Вы под могильной плитою Тесно сомкнули ряды. 1906
ЦУСИМА В. Богораз-Тан У дальней восточной границы, В морях азиатской земли, Там дремлют стальные гробницы, Там русские есть корабли.
В пучине немой и холодной, В угрюмой, седой глубине Эскадрою стали подводной, Без якоря встали на дне.
Упали высокие трубы, Угасли навеки огни, И ядра, как острые зубы, Изгрызли защиту брони.
У каждого мертвого судна В рассыпанном вольном строю Там спят моряки беспробудно, Окончили вахту свою.
Их тысячи сильных и юных, Отборная русская рать. На грудах обломков чугунных Они улеглись отдыхать.
Седые лежат адмиралы, И дремлют матросы вокруг, У них прорастают кораллы Сквозь пальцы раскинутых рук.
Их гложут голодные крабы И ловит уродливый спрут, И черные рыбы, как жабы, По голому телу ползут.
Но в бурю ночного прилива, На первом ущербе луны, Встают мертвецы молчаливо Сквозь белые брызги волны.
Их лица неясны, как тени, Им плечи одела роса, И листья подводных растений Плющом заплели волоса.
Летят мертвецов вереницы На запад, на сушу, домой. Несутся быстрее, чем птицы, — Но путь им заказан прямой.
Хребтов вековые отроги, Изгибы морских берегов И рельсы железной дороги Уж стали добычей врагов.
И только остался окружный — Далекий, нерадостный путь. На тропик летят они южный, Спешат материк обогнуть.
Мелькают мысы за мысами; Вдогонку несется луна. Они не опомнятся сами, Пред ними родная страна.
Но что же их стиснуты руки И гневом блеснули глаза? На родине смертные муки, Бушует слепая гроза.
Унылое, серое поле, Неровная, низкая рожь. Народ изнывает в неволе, Позорная царствует ложь.
Торговые, людные села, Больших городов суета. Повсюду ярмо произвола, Не знает границ нищета.
И плачут голодные дети, И катится ярости крик, И свищут казацкие плети, Сверкает отточенный штык.
Снаряды взрываются с гулом, И льется кровавый поток. Объяты багровым разгулом И Запад и Дальний Восток.
И падает так же рядами Подкошенной юности цвет В широкие общие ямы, В могилы, где имени нет. 1905
"Казарма", 1906, 26 октября, без подписи; "Уфимский рабочий", 1906, 17 декабря, без заглавия, пез подписи, отрывок (последние 5 строф). В кн.: В. Г. Тан, Стихотворения, изд. 4, П., 1910 - строфа 16:
От Камы до желтого спрута, Как буйного моря волна, Растет беспощадная смута, Кипит роковая война.